Внутреннее убранство часовен

Г.И.Фролова

ВНУТРЕННЕЕ УБРАНСТВО ЧАСОВЕН СПАСО-КИЖСКОГО ПОГОСТА

В основе данной публикации — архивные материалы 19-20 вв., хранящиеся в Национальном архиве Республики Карелия (далее – НА РК) и анализ часовенной утвари из храмов Спасо-Кижского погоста, сохранившихся в фондах музея «Кижи» и музея изобразительных искусств Республики Карелия (далее – МИИРК).

Убранство заонежских часовен — тема, которую можно отнести к разряду трудно исследуемых. Объясняется это тем, что часовни, по сравнению с церквями, в ортодоксальной приходской жизни, имели второстепенное значение. Описи часовенного имущества, как правило, не составлялись001. Церковные документы (отчеты, описи, ведомости) фиксировали количество часовен в приходах 002, названия деревень, в которых они располагались и расстояние от часовен до погостских храмов. В ряде ведомостей отсутствуют названия часовен и их датировки003. В архивных источниках сведений о часовнях до 19в. очень мало. Например, в Писцовой книге Заонежской половины Обонежской пятины 1582/3г. на территории погоста упомянуты 3 часовни: «деревня Еремеевская у часовне в Типиницах», «Пустошь, что была деревня на Кижском ж острове Болшой двор у часовне», «деревня на Сенной губе Болшой двор у часовне»004.

Из архивных документов 19 – первой трети 20в. можно определить количество часовен на территории Спасо — Кижского прихода, их наименование и отдаленность от центра погоста. В Клировых ведомостях второй половины 19 в. их число различно. В Клировой ведомости 1851 г. в Кижском погосте записано 7 часовен в деревнях: Сибово – в 10 верстах от погостских храмов005, Насоновской (Волкостров) – 5 в, в Новой Заживки (Липовицы)10 в, Прохновской (Телятниково)006 - 3 в., в Анисимовской (Корба) –3 в., Воев-Наволок – 10 в., Сявнеги (Кургеницы) – 3 в. В Клировой ведомости 1865г. в приходе записано 10 часовен. К указанным часовням, добавились храмы в д. Косельга – Макария Желтоводского – 8в., при д. Кижского острова Южного Конца – Успения Богоматери – 2 в., там же — Святого Духа и Влмч. Димитрия — 2 в. В Сибово к этому времени часовня преобразована в церковь. Наименования деревень и храмов в это время соответствуют современным, за исключением находящихся на острове Кижи. В последней ведомости 1923 г. также упомянуты 10 часовен на 20 деревень007. В первой половине 20 в. на территории Спасо-Кижского погоста было 12 часовен в честь:

  1. Преподобного Макария Желтоводского в д. Косельга,
  2. Великомученика Георгия в д. Воев Наволок,
  3. Знамения Богородицы в д. Корба,
  4. Мучеников Кирика и Улиты в д. Пахинский берег,
  5. Положения пояса Пресвятой Богородицы в д. Кургеницы, 1748г.008
  6. Верховных апостолов Петра и Павла в д. Волкостров,
  7. Иконы Богоматерь всех скорбящих (?) в д. Еглово, вт. пол. 18в.
  8. Мученицы Параскевы в д. Пустой берег,
  9. Трех Святителей и Соловецких преподобных в д. Липовицы,
  10. Елецкой Божией Матери в д. Телятниково, вт. пол. 18в.
  11. Успения Богородицы на Южном конце Кижского острова (д. Васильево), кон. 17-нач.18в.
  12. Святого Духа и великомученика Димитрия в д. Ольхино (Ямка), вт. пол. 18в.
  13. Введения во храм Богородицы в д. Сибово. Эта часовня в 1863 году была преобразована в приписную церковь009.

Российские исследователи ограничивали фиксацию внутреннего убранства храмов, перечнем икон, которые в них находились010. Большинство исследований второй половины 20 века основано на изучении икон, которые хранятся в музейных фондах011. При изучении трудов предшественников важнейшими по значимости были материалы из архива Л.Петтерссона012. Финский ученый оставил нам в наследство схемы на часовенные иконостасы, зафиксировал потолки «небо» с указанием количества икон-клиньев, что позволяет сегодня реконструировать основу интерьеров многих заонежских часовен, включая кижские храмы.

Все храмы имели соответствующее их статусу храмовое убранство. Несмотря на единство их назначения, все они обладали индивидуальным внешним обликом013 и своеобразным внутренним оформлением.

Например, нарядная внешне часовня Петра и Павла в д. Волкостров и внутри оставляла впечатление разноцветного узорочья. Красочность убранства создавалась за счет резных позолоченных деталей иконостаса, травных орнаментов высоких панелей и разнообразных узоров тябл «неба», гармонично сочетавшихся с иконами «неба», фона которых также украшены изображением трав. Двенадцать крупноформатных икон «неба» включали изображения 22 праотцев и 2 праматерей, изображенных попарно. Двухрядный иконостас состоял из икон деисусного чина и местного ряда. Наличие в местном ряду иконостаса 3 икон с клеймами («Петр и Павел, с житием», «Богоматерь Тихвинская, с двунадесятыми праздниками», «Чудо Георгия о змие, с житием») усиливало декоративную орнаментальность системы убранства. А присутствие на боковой стене яркой, контрастной по цветовому сочетанию — голубого и красного, иконы «Архистратиг Михаил, с деяниями» увеличивало эффект нарядности интерьера, его насыщенности, наполненности живописью014.

Из деисусного чина иконостаса Петропавловской часовни до наших дней дошел только центральный образ «Спас в силах».

Местный ряд сохранился полностью. Иконы крупноформатные, в высоту более метра (от 112 до 117см). По составу нижний ярус иконостаса Волкостровской часовни, не уступает местным рядам церковных иконостасов. Он включает все необходимые иконы: Богородичный образ, икону Спасителя, храмовый образ и иконы избранных святых. Ряд интересен разнообразием тематики и композиционного построения икон, значительную часть которых обрамляют клейма. Храмовый образ «Петр и Павел с житием» представлен с деяниями апостолов Петра и Павла. Его дополняет крупноформатная икона «Положение вериг апостола Петра» — сюжет редкий для данной местности. Любопытна двучастная икона «Избранные святые Флор, Лавр, Власий, Анастасия, Никита и Медост патриарх Иерусалимский». Икона включает два сюжета, расположенные один над другим, подобно иконостасным иконам, на которых одновременно размещали две композиции015. Ее отличие заключается в содержании: определенном подборе и размещении святых. Избранные святые на верхней половине изображены в рост, фронтально с крестиками в руках. Все они почитались как охранители скота. Эта функция подчеркнута сюжетом на нижней половине иконы, рассказывающем об одном из чудес патриарха Медоста — исцелении домашнего скота. Чудо не только старательно проиллюстрировано изображением отравленных животных (коров, лошадей, свиней), но и подкреплено подробным текстом, который включает даже день, месяц и год свершенного святым чудесного исцеления скота.

Исследователи, видевшие интерьер Петропавловской часовни, определяли время написания икон от первой четверти 18в. по начало 19в.016

Раскрытие двух икон (двухчастная «Избранные святые и Медост патриарх Иерусалимский», «Богоматерь Тихвинская с двунадесятыми праздниками») позволило уточнить атрибуцию волкостровских иконостасных икон.

Большая часть из них («Избранные святые и патриарх Медост», «Чудо Георгия о змие, с житием», «Богоматерь Тихвинская, с двунадесятыми праздниками», «Петр и Павел, с житием», «Сошествие во ад», «Спас в силах») одновременна и происходит из мастерской, поставлявшей иконы в заонежские храмы в конце 17 — начале 18 в. В Заонежье в это время активно работала мастерская, иконы которой выделяются по ряду признаков: своеобразному написанию фонов и одежд прозрачными неровно положенными мазками, тонким белильным высветлениям лещадок, которыми «робко» строится форма горок, а также характерному письму ликов. Личное письмо создается прозрачными лессировочными слоями с включением охры красного оттенка, тонким черным рисунком элементов лика и своеобразным замкнутым рисунком глаз. Для иконников этой мастерской очень характерным показателем является тонкий линейный рисунок и обводка фигур, архитектуры, пейзажей.

В архиве Л.Петтерссона имеются схемы расположения икон в заонежских храмах, среди которых есть и интересующие нас: Георгиевская часовня в д. Воевнаволок, Святодуховская в д. Ямка, Успенская в д. Васильево. В Воевнаволоцкой Георгиевской часовне двухрядный иконостас включал 12 икон, 10 из которых имели единый размер. В правой части иконостаса находился большой образ, который занимал всю его высоту, и имел ширину двух икон. В левом верхнем углу располагалась икона также по ширине равная двум. Какие это были иконы определить невозможно. Кроме иконостаса, 4 иконы и 2 места для икон указаны ученым на трех стенах храма017.

В Святодуховской часовне д.Ямка иконостас был однорядным и заходил на боковые стены. Л. Петтерссон обозначил одну икону на северной грани иконостаса, и две на южной. Иконы отмечены в тябле, которое располагалось на уровне средней части высоты стены. Л.Петтерссон пронумеровал восемь икон, хотя изобразил 13 ячеек, вероятно, часть икон отсутствовала018. Местонахождение икон из Ямковской и Воевнаволоцкой часовен неизвестно.

Наибольшее число икон было в часовне Успения Богородицы д. Васильево. Л. Петтерссон в молитвенном помещении пронумеровал 57 образов — 37 в трехрядном иконостасе и 21 на потолке. Иконостас этой часовни был наиболее масштабным, он состоял из пророческого, деисусного и местного ярусов и имел «завороты» на боковые стены. В местном ряду было шесть крупных икон и одна малого формата, обрамленная в раму. В деисусном чине находилось 15 икон, все одного размера, за исключением центральной, которая на схеме изображена шире остальных. Пророческий ряд состоял из 17 икон одного размера019. Кроме этого, шесть крупноформатных икон находилось на восточной стене трапезной — по три с каждой стороны от прохода020. Таким образом, всего в часовне было 63 иконы. К сожалению, о часовенной утвари ничего неизвестно, за исключением одного предмета — била. Оно сфотографировано экспедицией 1926 г.021 и зафиксировано Л.Петтерссоном в 1943-1944 гг. На фотографии видна дата на биле — 1709 г., что позволяет использовать его в качестве одного из датирующих признаков часовни. Стены часовни изнутри были оклеены обоями, остатки которых были удалены во время реставрации храма в 1977г.

Иконы из Васильевской часовни сохранились не полностью. Иконы «неба», 3 иконы из пророческого ряда и 1 из деисусного чина хранятся в музее-заповеднике «Кижи»; 6 икон из трапезной и 5 иконостасных образов в собрании МИИРК022. Имеющиеся иконы написаны в разное время, что служит примером происходящего в храмах накопления часовенного имущества, обусловленных жизнью прихожан и их отношением, как к конкретной утвари, так и в целом к храму. Из этой часовни происходит одна из древнейших в Кижском приходе икона «Успение», датируемая концом 15 в.023 Храмовый образ на 2 столетия древнее существующей ныне часовни, датируемой концом 17 – началом 18 в. Это является косвенным свидетельством существования на ее месте более древней постройки. Бережное отношение к древней иконе проявилось в обрамлении ее на рубеже 17-18 столетий рамой с клеймами, повествующими о жизни Иоакима, Анны и Богородицы. Живопись клейм датируется концом 17 – началом 18 вв. Этим же временем атрибутированы еще 3 иконы: «Покров», «Троица», «Сошествие во ад», написанные одновременно для местного ряда Успенского иконостаса, которые по материальным и стилистическим признакам родственны иконам «неба».

Васильевские иконы «неба» исследователи единодушно признают лучшими по своим живописным достоинствам среди многих небесных икон Заонежья. Скромная колористическая гамма, в основе которой серо-зеленый цвет фона, встречающийся и в одеждах ангелов, дополняется оранжево-красными, желтыми и темно-зелеными одеждами персонажей. Ангелы изображены в разнообразных облачениях (хитоны с гиматиями, далматики с плащами, рубахи с кольчугами) и с разными атрибутами (сосудами, рипидами, мечами, саблями, трезубцами). Отменный вкус проявляется в легком движении ангелов, благородстве поз и четкости силуэтов, характерной для живописи икон «неба» обобщенности рисунка. Особенностью потолка Успенской часовни и одновременно украшением по изысканности изображения, является включение в центре восточной части «неба» сюжета «Благовещение». Подобная композиция встретилась нам лишь в одной заонежской часовне024.

Остатки интерьера еще одной Кижской часовни в д.Подъельники удалось увидеть В.Г.Брюсовой в 50-е гг. 20 в. В часовне Варлаама Хутынского исследователь зафиксировала хаотическое состояние предметов. Среди сложенных на полу икон отмечены «2 доски со страстями, 19 в., но написанных в стиле 16 в., во вкусе старообрядцев». На восточной стене слева имелся крест с живописным распятием и полочки для маленьких икон, справа — большой киот, в котором стояли в 3 ряда иконы избранных святых025.

В часовне Положения пояса Пресвятой Богородицы д. Кургеницы иконостас был создан в середине 18в. Датировка иконостаса основана на сохранившемся тябле с датой — 1748 г. и вкладной иконе «Деисус», 1751 г., которая идентична по стилю основным иконам. По данным В.Г.Платонова, комплекс иконостаса 18 века включал 8 — 9 икон местного ряда (сохранилось 7), 15 фигур деисуса (сохранилось 14) и 17 икон поясных пророков. Деисусные иконы по высоте равны иконам местного ряда. При значительной ширине иконостас имел небольшую высоту (184х520 см., без учета тябл). Кроме икон 18 в., исследователь называет иконы 17 — начала 18 вв., сохранившиеся из часовни предшественницы. Это двухрядная икона с ростовым деисусом и поясными пророками, второй половины 17 в., «Троица», «Сошествие во ад», второй половины 17 в. и большая местная икона «Огненное восхождение пророка Ильи с житием», конца 17 в.026 В этом иконостасе наблюдается интересная особенность. Состав местного ряда Кургеницкой часовни дублирует местный ряд иконостаса кижской Преображенской церкви. Он включал следующие иконы: «Собор Богоматери», «Сошествие во ад», «Зосима и Савватий Соловецкие с житием», «Огненное восхождение Ильи», «Чудо Георгия о змие», «Ветхозаветная Троица», «Никола Чудотворец». Единственный сюжет, который не отражен в нижнем ряду иконостаса Преображенской церкви — икона «Патриарх Медост». Более того, икона «Зосима и Савватий Соловецкие с житием», исполненная в той же мастерской «кондопожского мастера», повторяет, правда, в меньшем количестве, состав клейм иконы из Преображенской церкви.

Большим своеобразием отличалось убранство Корбинской Знаменской часовни, интерьер которой был разобран в 1969 г. в связи с хищением 3 икон. Оставшиеся иконы поступили в фонды музея «Кижи». Центральную часть восточной стены занимал огромный деревянный щит, на верхней половине которого размещен пяти фигурный деисус: Спас, Богоматерь, Иоанн Предтеча, архангелы Михаил и Гавриил. Нижний ряд включал 3 иконы, средники которых не сохранились. Клейма, обрамляющие 3 средника включают: 1) страсти Христовы и Воскресение Господне (8 сюжетов), 2) чудеса от иконы «Знамение» (12 сюжетов), 3) сцены из жития патриарха Медоста (8 сюжетов). Содержание клейм позволяет сделать заключения о составе средников. Клейма, в которых повествуется о чудесах от иконы «Богоматерь Знамение» означают, что они обрамляли икону «Богоматерь Знамение». Клейма содержат подробный рассказ о чудесной помощи Богородичного образа новгородцам в их битве с суздальцами. Первые пять сюжетов повествуют об обращении новгородцев к архиепископу Иоанну, о молении архиепископа, о гласе с небес, и вынесении иконы Богоматери на крепостную стену. Далее изображены сцены битвы, попадание стрелы в Богородичный образ и затмение умов суздальских воинов, которые побили сами себя. В последнем клейме представлена битва на Белом озере из-за двинской дани. Обычно это событие открывает череду клейм, предваряя все последующие сцены, непосредственно отражающие битву новгородцев с суздальцами. В корбинской иконе этот сюжет завершает историю, прославившую Богородичный образ. Несмотря на то, что икона написана во второй половине 18 века, иконография клейм восходит к более раннему времени. Изображения в клеймах «немногословны», схематизм рисунка согласуется с живописной образностью. В верхнем ряду события разворачиваются среди разноцветных архитектурных палат, белого Софийского собора, в боковых клеймах — на фоне города в виде красных крепостных стен. В живописи удачно сочетаются старые приемы письма (такие как условность действий, поз, жестов воинов, их немногочисленность, схематичность, «иконность» архитектурных палат), с новыми веяниями (такими как двух-трех цветные холмы вместо иконописных горок).

Справа от чудотворного Богородичного образа расположены житийные клейма, повествующие об иерусалимском патриархе Медосте. Клейма иллюстрируют рождение младенца Медоста в темнице, его крещение, поставление архиепископом в город Иерусалим, раздачу Медостом имущества, благословение детей кузнеца серебряника и 2 чуда: заклятие беса и исцеление скота.

Содержание клейм на данном иконостасном щите включает страстной цикл, чудеса от иконы Богородицы и житие святого. С учетом утраченных средников, в которых были изображения Спаса, Богоматери и почитаемого святого, такой состав соответствуют составу местного ряда иконостаса. В сочетании с верхним деисусным чином нижний ряд составляет единую иконостасную композицию.

Любопытно, что столь большой иконный щит – «иконостас», как по размерам, так и по количеству сюжетов, более нигде в Заонежье не зафиксирован027. Его можно назвать иконой – «иконостасом», поскольку щит включает «Деисус» на верхней половине и местные образы в нижнем ряду.

Слева от иконы — иконостаса стояло две иконы: «Кирик, Улита, Макарий Желтоводские» и «Иоанн Богослов». Справа находилась четырехчастная икона «Василий Великий, Григорий Богослов, Иоанн Златоуст, Никола, Богоматерь Тихвинская, Покров». Иконы были установлены в каркасную конструкцию с элементами резьбы на карнизе. Центральная двухрядная икона обрамлялась колоннами, которые завершались капителями.

Иконостасные иконы для Корбинской часовни написаны разными иконописцами. Живопись щита исполнена в мастерской «кондопожского мастера», следовательно, может датироваться второй половиной 18 в. Остальные иконы написаны позже — в 19 в. Помимо икон, составивших иконостас, потолок украшало удивительно яркое по цветовому решению «небо», датируемое концом 18 в. Центральную круглую икону «Вседержитель», обрамляли 8 икон-клиньев, с изображением ангелов в широких, легких, развевающихся одеждах, украшенных нежными букетикамистебельками. Углы потолка были оформлены 4 парусами, с изображением евангелистов. В живописи данного «неба» своеобразно сочетается декоративная роспись многослойных многоцветных облаков, напоминающих росписи деревенских сундуков, и изящное изображение ангелов с нежным письмом ликов и деликатным орнаментом одежд. Кроме этого в часовне было еще 4 иконы первой половины 19 в., одна из которых «Страшный суд» (1843 г.) размещалась на западной стене.

В Корбинской часовне помимо икон сохранился аналой, простой работы, без резьбы и покраски028.

Те немногочисленные материалы, которые были в нашем распоряжении, позволяют говорить о разнообразии убранства Кижских часовен. К сожалению, из 13 часовен, нам удалось собрать ограниченные сведения только по 8 храмам. По остальным часовням источники отсутствуют.

Безусловно, главным элементом в организации образной структуры интерьеров являются иконостасы.

В Кижских часовнях наблюдаем разные по форме иконостасы: тябловые (в д.Васильево, Кургеницы) и столярные с резьбой и золочением (в д.Корба, Волкостров). В двух случаях, иконостасы заходят на боковые стены (в д.Васильево, Ямка)029. Иконостасы были однорядными, состоящими из разных икон (в д.Ямка); двухрядными деисусными (в д.Воевнаволок, Волкостров); трехрядными, состоящими из местного, деисусного и пророческого ярусов (в д.Васильево). Следует отметить особенность кижских часовенных трехрядных иконостасов – третий, верхний ряд состоял из икон с изображениями пророков, в то время как трехрядные иконостасы в ближайшем окружении включали праздничный ряд030.

Местные ряды часовенных иконостасов различаются количеством и размерами икон. Крупноформатные местные иконы наблюдаем в Волкостровской (h — ок.114 cм, с — ок. 96 см) и Васильевской (h — ок. 108 см, с — от 94 до 118 см) часовнях. Иконы небольшого размера присутствовали в Подъельниковском храме.

По составу, известные нам, местные ряды разнообразны. Они включают Богородичные образы, иконы праздничного содержания, изображения различных святых, их подвиги и чудеса.

Иконография Богородицы ограничена традиционными изображениями: Богоматерь Знамение, Богоматерь Тихвинская, Богоматерь всех скорбящих радость, Собор Богоматери, Покров, Успение. Возможно, что в Телятниковской часовне был образ Елецкой Божией Матери.

Иконы с изображением Христа, в известных нам местных рядах, представлены слабо. Неизвестный образ, посвященный Спасу, был в среднике на иконостасном щите в Корбинской часовне. В 3 часовнях (Волкостровской, Васильевской и Кургеницкой) имелись иконы «Воскресение Христово – Сошествие во ад». В Кургеницком храме было 2 иконы этой иконографии. Образ Ветхозаветной Троицы был в местных рядах Васильевской и Кургеницкой часовен. Эти примеры отражают относительно медленное изменение часовенных интерьеров по сравнению с церковными и, одновременно свидетельствуют о несколько ином предназначении часовен. Их интерьеры, несомненно, формировались под влиянием личностных нужд прихожан.

В местных рядах кижских часовенных иконостасов преобладают иконы с избранными святыми. В Корбинской часовне на иконах изображены следующие святые: Улита и Кирик, Макарий Желтоводский, Иоанн Богослов, патриарх Медост, Василий Великий, Иоанн Златоуст, Григорий Богослов, Никола Чудотворец, Иоанн Предтеча, Зосима и Савватий Соловецкие. В Волкостровской часовне — Флор, Лавр, Власий, Анастасия, Никита, патриарх Медост, Георгий змееборец, Никола Чудотворец представлен иконографией Никола Зарайский. В Кургеницкой – Никола Чудотворец, Соловецкие чудотворцы, пророк Илья, змееборец Георгий и чудотворец Медост. Избранные святые (к сожалению, неизвестные) зафиксированы В. Г. Брюсовой на иконах, располагавшихся в 3 ряда в большом киоте в Подъельниковской часовне. В выборе святых заметно предпочтение иерусалимского патриарха Медоста. Это самый популярный святой в данном приходе. Он включен в состав предстояния деисусного ряда в иконостасе Кижской Преображенской церкви. Ему отведена нижняя половина в двучастной иконе «Избранные святые и Медост патриарх Иерусалимский» из Волкостровской часовни. В трапезной Васильевской часовни стояла крупноформатная икона «Патриарх Медост» с изображением патриарха на фоне чуда об исцелении скота. Образ патриарха был также в Кургеницкой часовне. На Севере образ патриарха Медоста становится популярным в конце 17в. Большая часть кижских икон, посвященных Медосту, также датируется в пределах конца 17-первой четверти 18в.

Для Кижских храмовых икон характерной чертой является наличие клейм. Самая ранняя храмовая икона «Успение» (15 в.) из Васильевской часовни имеет обрамление с клеймами, из жизни Богородицы и ее родителей Иоакима и Анны. Обрамление иконы рамой в конце 17 в. свидетельствует о поэтапном формировании иконостаса, его пропорциональных изменениях. Волкостровская храмовая икона изначально написана с клеймами. Образ «Богоматерь Знамение» на иконостасном щите из Корбы также окружен клеймами. Со второй половины 17 в. общая тенденция развития иконографии храмового образа прослеживается и в ряде других часовенных иконостасов. Например: иконы «Никола Можайский с житием» (1667 г.) из Никольской часовни в д.Тамбицы, «Архистратиг Михаил с деяниями» (1671 г.) из Архангельской часовни в д.Леликозеро имеют клейма вокруг центрального изображения.

По наблюдениям исследователей в 16 – первой половине 17 в. иконы с житийными клеймами встречались сравнительно редко даже в церковных иконостасах Обонежья031. С середины 17 в. ситуация изменяется. Распространение получают иконы с клеймами разнообразного содержания, как в церковных, так и в часовенных иконостасах. К концу 17 в. обрамление средника иконы клеймами — характерная черта кижских местных образов. На Корбинском иконостасном щите видим один образ со страстями, другой с чудесами от Богородичной иконы, третий с житием святого. Из местного ряда Кургеницкого храма сохранилась икона «Огненное восхождение пророка Ильи, с житием», конца 17 в. В сюжетном плане наибольшим разнообразием отмечены Волкостровские иконы с клеймами. Здесь наличествуют житийные иконы: «Петр и Павел, с житием», «Чудо Георгия о змие, с житием», а также композиции иного рода. Образ «Архистратиг Михаил — воевода небесных сил», представлен в обрамлении деяний архангела, а икона «Богоматерь Тихвинская» написана в окружении праздников. Здесь даже в среднике вместо образа великомученика Георгия изображено событие из его жизни — Чудо Георгия о змие. Эту же традицию разнообразия состава клейм и, что важно подчеркнуть — изображения в среднике чуда, совершаемого святым, наблюдаем в главном храме Спасо-Кижского погоста Преображенской церкви032.

Из праздничных композиций в нижнем ряду Корбинской и Васильевской часовен наблюдаем сюжет «Покрова», там же и в Кургеницком храме — «Воскресение — Сошествие во ад». В конце 17 в. происходит обогащение тематики Заонежской иконописи. Из евангельских событий в кижских храмах находит отражение тема искупительной жертвы Христа. Сюжеты со страстным циклом включаются в состав иконостасов главных храмов. Икона «Отечество со страстями» фиксируется в местном ряду иконостаса Никольского придела Кижской Покровской церкви, после разборки которого, образ переносится в главный Покровский иконостас. В Кижской Преображенской церкви храмовая икона «Преображение» в первой четверти 18 в. оформляется в раму, на которой изображено 16 клейм с сюжетами страстей Христовых. Позднее эта тема находит свое отражение и в Кижских часовнях. В иконе — иконостасе Корбинской часовни клейма со страстной тематикой обрамляют центральную икону. Образ со страстями Христовыми зафиксирован также в Подъельниковской часовне.

Из сюжетных композиций отражены наиболее распространенные чудеса святых: чудо Георгия о змие, огненное восхождение пророка Ильи, чудо об исцелении скота патриархом Медостом.

Над местным рядом в Кижских часовнях располагался деисусный чин (Васильево, Волкостров, Кургеницы и на иконостасном щите из Корбы). Образ Иисуса Христа в центре деисусного ряда представлен двумя изобразительными традициями Спасителя: в Волкостровском иконостасе — икона «Спас в силах»(рубеж 17-18 вв.), в Корбинском — «Спас на престоле» (вторая половина 18 в.), в Кургеницком – «Спас в силах»(вторая половина 18 в.), в Васильевском — «Спас на престоле»(рубеж 18-19 вв.). Фиксируя иконографию Спасителя, попутно заметим, что в центре «небес» Васильевской и Корбинской часовен изображен оплечный Вседержитель, а в Волкостровской — Новозаветная Троица. Кроме этого, в интерьере Волкостровской часовни необходимо выделить икону «Спас Всемилостивый» (конца 18 — начала 19 в.), при написании которой в качестве образца явно использовался кижский чудотворный образ «Спас Всемилостивый» (16 в.). Эта икона не входила в состав иконостаса.

В иконостасах Кижских часовен отсутствуют праздничные ряды. Мало икон праздничного содержания и в местных рядах (сюжеты были названы выше).

В двух иконостасах (Васильево, Кургеницы) зафиксирован пророческий ярус, при этом в Успенской Васильевской часовне пророческие иконы написаны позднее местных икон. В Кургеницком иконостасе — поясные изображения пророков, в Васильевском — в рост. В центре пророческого ряда в Кургеницком иконостасе находится традиционный для данных мест образ — икона «Богоматерь Знамение».

Помимо восточной — иконостасной стены, иконы устанавливались на боковых стенах молельни и в трапезной. В Волкостровской часовне на северной стене молельни была размещена икона «Архистратиг Михаил с деяниями». Западную стену в Корбинском и Волкостровском храмах занимала икона «Страшный суд». Иконография этих образов типична для заонежской иконописи 18-19 вв. Композиция Страшного суда строится по одной схеме: 4 или 5 горизонтальных регистров обрамлены с боков 2 вертикальными и, включают одни и те же сюжеты, которые в большинстве случаев размещаются одинаково.

Немаловажная роль в системе внутреннего убранства отводилась оформлению потолков. Потолки четырех кижских часовен имели характерные для Заонежья росписи, известные под названием «небо». На потолках Васильевского и Корбинского храмов изображены ангелы, на Волкостровском — праотцы. Иконография Волкостровского «неба», вероятно, определялась желанием заказчиков, иначе сложно объяснить изображение праотцев на «небе» часовни, поскольку ряду праотцев должен предшествовать чин пророков. Напомним, что иконостас состоял из местного и деисусного рядов033. Также отметим включение в ряд праотцев праматерей Евы и Сарры в известных нам заонежских храмах: Волкостровском, Устьяндомском, Кижской Преображенской церкви.

Четвертый потолок — «небо», по данным Л.Петтерссона, был в Косельгской часовне. Небо включало 8 икон клиньев, 4 паруса и центральную икону034. «Небо», по сведениям Л.Петтерссона появилось при расширении в 1880-1885 гг. новой молельни и написано оно было местным космозерским иконописцем Михеем Абрамовым035.

Остатки некогда росписного «неба» Л.Петтерссон зафиксировал в Сибовской церкви. По мнению исследователя, в 1865 г., когда часовню преобразовали в церковь, в качестве перекрытия храмовой части установили восьмисекторное «небо», а центральный круг (т.е. центральную икону) использовали старую, которую сняли с «неба» 18 века036. Таким образом, мы можем констатировать, что расписное «небо» было в часовенный период, а после превращения храма в церковь на потолке осталась только одна центральная икона.

Потолочные иконы крепились в тяблах, которые украшались растительными орнаментами. Хотелось бы подчеркнуть такую характерную деталь в оформлении храмов данной местности, как разнообразие растительных орнаментов на тяблах, особенно явную на тяблах «неба». В Волкостровской часовне потолок украшают пять различных узоров, в Васильевской часовне, судя по воспроизведениям, было несколько орнаментов, в часовне Архангела Михаила из д. Леликозеро (в пределах 20 км от острова Кижи) — 7 орнаментов037.

Стилистический анализ известных нам сохранившихся икон показал, что жители деревень Спасо-Кижского прихода заказывали написание икон одним и тем же мастерам. Так на рубеже 17-18 вв. васильевские и волкостровские прихожане — сделали заказ на написание икон «неба» в Васильевскую часовню, местных икон для обоих храмов и, вероятно, исходя из сохранившегося центрального образа «Спас в силах», на деисусный чин для волкостровского иконостаса. Алтарные врата и икона «Богоматерь Грузинская» из Преображенской церкви и иконы из трапезной Васильевской часовни, также датируемые рубежом 17-18 вв. — дополнительное тому свидетельство. Во второй половине 18 в. кижанам полюбились иконы мастерской «кондопожского мастера» — они наличествуют в местных рядах Преображенской и Покровской церквей, на потолке Волкостровской часовни, в иконостасе Кургеницкого храма, в качестве иконы-иконостаса в Корбинской часовне и в приписной Введенской церкви д. Сибово. Заметны и новые технические приемы, получившие распространение в иконописи Заонежья в последней трети 17 в. – это активное использование серебра, разделка его черневым рисунком, покрытие его цветными лаками, как, например, на иконах из Васильева, Волкострова и зимней Кижской Покровской церкви. Новая «живописная манера» иконописания, незначительно повлияла на часовенную живопись. Мастера, писавшие иконы в Кижские часовни, были верны традиционной технике иконописи и в большинстве случаев придерживались традиционной иконографии. Отход от древних норм иконописания сводился к второстепенным моментам, таким, например, как разрастание вторых планов (многочисленность архитектуры на васильевских иконах), или замена иконописных горок на холмистые пейзажи (клейма корбинских икон).

Часовенная утварь в отличие от икон, к сожалению, не фиксировалась церковнослужителями и не исследовалась специалистами. На нее, как на утилитарную вещь, не обращали внимания, поэтому сведения о часовенной утвари чрезвычайно скудны.

Отверстия и петли для подвески в иконах «неба» позволяют говорить о наличии в старые времена в кижских часовнях паникадил. Отдельные воспроизведения в трудах исследователей, фотографии интерьеров часовен Обонежья и, в частности Заонежья, в архиве музея «Кижи», личных собраниях свидетельствуют о наличии таких осветительных приборов, как кандила и напольные подсвечники. Несмотря на полное отсутствие тканевой утвари: пелен и убрусов, нам представляется их наличие в храмах 19 — первой половине 20 вв. естественным. Украшение икон убрусами и пеленами было традиционным для часовен ближайшей округи038

Сноски к статье


001 Исключением являлись староверческие часовни, имущество в них фиксировалось подробнейшим образом.

002 Например, в Вырозерском приходе было 4 часовни: при д.Широкопольской, д.Софроновской, д.Гоньковской, д.Римской (названий часовен нет). (НА РК. ф.126. оп.1. д.3/40. л.50).

003 В материалах по Кижскому приходу отсутствуют датировки часовен - "за отсутствием сведений" (исключение составляет Кургеницкий храм, в нем сохранилось тябло с датой - 1748 г.). Хотя в других приходах, например, в Вырозерском указаны даты строительства всех четырех часовен: 1800, 1760, 1780, 1760 гг. В Фоймогубском приходе новая часовня Спаса Преображения была возведена в д.Великая Нива в 1847 г. после пожара. В этом же году в д.Новинки Космозерского прихода была срублена Святодуховская часовня.(НА РК. ф.126. оп.1.д. 3/40. л.50,43). Большая часть встретившихся датировок относится ко втор.пол. 18 в.
Этим же периодом датируют специалисты и большую часть кижских часовен. Л.Петтерссон следующим образом датировал памятники. Корба: 1 период - 1800 г. К этому же периоду он относит восьмиклинное "небо". Телятниково: 1 период (1760-1800 гг. Кургеницы: 1 период - 1748 г. Волкостров: 1 период (1764-1770 гг. 2 период - двенадцатиклинное небо (1770 г. Еглово: 1 период (1750-1800 гг. Ямка: 1 период (1750-1800 гг. Васильево: 1 период - 1650-1700 гг. 2 период -1750-1770гг. 3 период -1882 г. 4 период (1890 г. (Кижи КП-3170/1-237). У А.В.Ополовникова находим атрибуцию 5 кижских часовен: Корба - перв.пол. 18 в.; Воробьи - руб. 18-19 вв.; Подъельники - 18 в.; Волкостров - 17-18 вв.; Васильево - руб. 17-18 вв. (Ополовников А.В. Русское деревянное зодчество. М, 1986. с. 189, 185, 179, 173, 155).

004 История Карелии 16-17 вв. в документах. - т.3. - Петрозаводск-Йоэнсуу, 1993. с. 149, 151, 153. Поиск других церковных источников в архивах также пока не дает положительного результата. В журналах Олонецкой епархии 19 в. мне встретилось несколько прошений на строительство часовен частными лицами в других уездах Олонецкой губернии.

005 Далее "в верстах от погостских храмов" сокращенно - "в".

006 Название часовни в документах варьируется: "Пророка Ильи и Сицилийской Божией Матери" или "Пророка Ильи и Елецкой Божией Матери".

007 НА РК. ф.126. оп.1. д.3/36 л.8-16; НА РК. ф.126. оп.1. д.3/40 л.11-12 об.; НА РК. Ф.111. оп.1. д.2/68. л.11.

008 Следует отметить, что половина кижских часовен названа во имя Пресвятой Богородицы, остальная часть также выделяется посвящениями чтимым святым. В четвертом благочинии Петрозаводского уезда, в который в 19 в. входил и Кижский погост, Богоматери было посвящено девять часовен, из них шесть - чтимым иконам: Елецкой Божией Матери, Знамения Богородицы, две Тихвинской, одна Казанской и одна Богоматери всех скорбящих радость. Богородичным праздникам посвящены три часовни: Введения во храм, Успения и Положения пояса. Из них большая часть (шесть) приходится на Спасо-Кижский приход.

009 Количество часовен в Спасо-Кижском погосте в этот период несколько превышало средние показатели среди близлежащих погостов. Например, в Космозерском погосте на 11 деревень приходилось 3 часовни; в Фоймогубском на 20 деревень - только 2 часовни; в Кузарандском на 31 поселение - всего 7 часовен; в то время как в Кижском приходе на 20 деревень - 13 часовен. (НА РК. Ф.126. оп.1 д.3/36. л.56 об, 57, 41 об., 15). Даже в таком населенном погосте как Толвуйский, часовни были только в 9 деревнях (там же л. 1 об.) Но, по отношению к ряду других регионов Олонецкой епархии это были средние показатели. Например, в Лычноостровском приходе было 13 часовен, в Линдозерском - 13. (НА РК. ф.126 оп.1. Д.3/37 л. 100, 120). Необходимо заметить, что различные архивные документы содержат сведения, отличающиеся в подсчете деревень и часовен, но поскольку для нас это не принципиально, (цель нашей работы в освещении интерьеров) - мы ограничились примером из Клировых ведомостей.

010 Регистрационные материалы памятников старины олнецкой губернии, Петрозаводского уезда (Анкеты, рапорты, обмеры и фотографии) / РГИА. ф.67, 1920. д.41,12-16. Светличная В.Г. (Брюсова). Отчет о деятельности Управления по делам архитектуры при СМ К-ФССР за 1945-46 гг. НА РК. Ф.2916. оп.1. д.1/7. Светличная В.Г. Отчет о результатах обследования древних памятников архитектуры церквей и часовен Заонежского района К-ФССР с целью выявления наличия в них произведений изобразительного и прикладного искусства / НА КНЦ РАН. ф.1. оп.41. д.191. Смирнова Э.С. Живопись Обонежья 14-16 веков. - М, 1967.

011 Платонов В.Г. Живопись Обонежья 15-18 веков / Дисс... канд. искусствоведения, - Л, 1987; Платонов В.Г. Иконопись Заонежья вт.пол. 17 века (Формирование стилистических направлений и эволюции иконостасов) // Заонежье, сб.ст. - Петрозаводск, 1992. с.142-160.; Древняя живопись Карелии: Каталог. Фонды музея "Кижи" / Сост. Гурвич И.М., - Петрозаводск, 1981; Витухновская М.А. Пояснительная записка к ТЭП интерьера часовни Успения Богородицы в д.Васильево - Петрозаводск, 1981 / Научный архив музея Кижи №589.

012 Кижи КП-3170/1-237; КП-3171/71-277; КП-3172/10-11 (Архив Л.Петтерссона).

013 Л.Петтерссон по конструктивным особенностям распределил часовни на несколько типов: 1) Ямкинский, к которому отнес Телятниковскую, Егловскую, Ямковскую и Кургеницкую часовни; 2) Волкостровский; 3) Васильевский; 4) Корбинский; 5) Есинский тип, к нему причислены Подьельниковская часовня (Пустой берег) и Воевнаволоцкая часовня. К сожалению, значительная часть часовен была утрачена в советский период (Телятниковская, Ямкинская, Кургеницкая, Воевнаволоцкая, Пустого берега, Косельгская, Сибовская, Липовицкая). Наиболее распространенным и простым был Ямкинский вариант. К этому типу, из сохранившихся в настоящее время в Кижском погосте, относится Егловская часовня, которая позднее (по данным Л.Петтерссона) была усложнена звонницей. В противоположность ей образцом высокохудожественного мастерства является часовня в д.Волкостров. Она выделяется среди кижских часовен наличием галерей-гульбищ, которые красиво обрамляют ее с южной и северной сторон храма. Здание часовни гармонично вписывается в равнинный ландшафт. Подобный тип часовен, по мнению специалистов, играл заметную роль в культовой архитектуре Заонежья 18-19 вв., однако сохранился только в д.Волкостров. (Яскеляйнен А.Т. К вопросу о датировке и эволюции часовни Петра и Павла на Волкострове // Проблемы исследования, реставрации и использования архитектурного наследия Российского Севера, - Петрозаводск, 1991. с.130).

014 В настоящий момент в часовне остались только тябла "неба". Иконы и панели хранятся в фондах музея "Кижи".

015 Двучастные и даже трехчастные иконы явление обычное для храмов Обонежья, но обычно они содержат в верхнем регистре изображение пророка, в среднем ряду - праздника, внизу - предстоящего из деисусного чина, то есть по составу они являются иконостасными иконами. Например: трехчастные иконы из Ильинской церкви Водлозерско-Ильинского погоста; двучастные из Ильинского иконостаса Вознесенской церкви д.Типиницы. См. воспроизведение: Ikoner fran novgorod till ishavet. Каталог выставки.Raster forlag. Stockholm 1994.

016 Л.Петтерссон датировал часовню 1750-70 гг. Появление икон "неба" в храме он отнес ко II строительному периоду - 1770 гг., связывая живопись небес с мастерской "кондопожского мастера".
В.Г.Брюсова атрибутировала интерьер Петровским временем. Отметила его полную сохранность: двухрядный иконостас, украшенный золоченой резьбой, "богато расписанные тябла неба". По описанию В.Г.Брюсовой иконостас состоял из 13 деисусных и 7 местных икон "большого размера, превосходного письма". В центре деисуса был Спас в "белой одежде, с красной и синей сферой фона", т.е. "Спас в силах". Исследователь выделила образ "Воскресение Христово", иконографическая схема которого напомнила ей икону "Воскресение Христово", 14 в. из Коломны, в собрании Государственной Третьяковской галереи. (Отчет о результатах обследования древних памятников архитектуры. л.16)
Музейная Коллекционная опись характеризует иконы часовни как типичный образец крестьянской живописи 18 в. По описи из часовни сохранились семь местных икон, одна деисусная и одна с северной стены и полностью иконы "неба" (Кол. опись №111, 1968 г.). В.Г.Платонов, ссылаясь на авторите т Л.Петтерссона, относит иконостасный комплекс и "небо" ко вт.пол. 18 в. (Живопись Обонежья... с.48).
И.М.Гурвич атрибутировала иконы "неба" вт.пол. 18 в., также отталкиваясь от датировки икон "неба" финским исследователем, а иконостасные иконы - вт.пол. 18 - н. 19 в., заметив, что иконы находятся под записью и давать их окончательную характеристику рано. (Древняя живопись Карелии... с.17).

017 Архив Л.Петтерссона, б/№.

018 Кижи КП-3170/198-199, 3171/253-254.

019 Кижи КП-3170/190-197.

020 Витухновская М.А. Пояснительная записка... с.6.

021 Кижи НВФ-13298/30.

022 Характеристика икон из Васильевской часовни отражена в работах нескольких исследователей. В.Г.Брюсова отметила, что "До войны часовня, подобно Волкостровской, представляла собой законченный ансамбль Петровского времени" (Отчет о результатах обследования... С.17-18). Следует отметить прозорливость реставратора-искусствоведа, которая верно датировала Волкостровский и Васильевский комплексы, ограничив их создание петровской эпохой, хотя авторская живопись в тот момент находилась под потемневшей олифой и записями. Проведенная позднее реставрация этих икон подтвердила данные выводы. В.Г.Брюсова отметила также "родство" васильевских икон, находившихся в трапезной, с местными иконами из Преображенской церкви.
М.А.Витухновская дает широкую датировку икон Васильевской часовни от втор. пол. 17 в. по перв.пол. 18 в. Исследователь считает, что местные иконы и иконы "неба" созданы в одной мастерской, но разными мастерами. Эта мастерская была популярна в Заонежье. М.А.Витухновская указала на явное сходство иконы "Сошествие во ад" из Васильева и одноименного образа из Волкострова, принадлежащих кисти одного мастера. (Витухновская М.А. Пояснительная записка... с.3-4). Мы в свою очередь выше уже говорили о родстве раскрытых волкостровских икон и полностью согласны с мнением исследователя о происхождении васильевских икон "неба", 4 местных икон и указанных выше волкостровских икон, из одной мастерской.
В.Г.Платонов атрибутировал иконостасные иконы кон. 17 в. (Платонов В.Г. Иконопись Заонежья... с.151-152).
По мнению И.М.Гурвич 6 икон из трапезной имеют много общего с 2 алтарными 2 вратами "Даниил во рву львином" и "Лоно Авраамово" из иконостаса Кижской Преображенской церкви. (Гурвич И.М. Предложения по реконструкции иконостаса Преображенской церкви в тябловый // Проблемы исследования, реставрации и использования архитектурного наследия Карелии и сопредельных областей. Петрозаводск,1986. С.94).

023 МИИРК (И-466). Другой образ "Никола и Филипп" (15 в.) из Телятниковской часовни хранится в Государственном Русском музее.

024 Иконы из которой, к сожалению, поступили в фонды музея "Кижи" как происходящие из неизвестной заонежской часовни.

025 Светличная В.Г. (Брюсова) Отчет о результатах обследования древних памятников архитектуры. с. 17.

026 Платонов В.Г. Живопись Обонежья... с.57-58. См. реконструкцию иконостаса: Платонов В.Г. Иконостасы храмов Обонежья по писцовой книге 1628-1629 гг. и некоторые вопросы развития иконостасных композиций в 17-18 веках // Чтения по исследованию и реставрации памятников художественной культуры Северной Руси, посвященные памяти художника-реставратора Н.В.Перцева 1092-1981.Архангельск, 1992. с.136.

027 Из многосоставных композиций, которых можно отнести к иконам-иконостасам, можно назвать икону из Пелкулы (фонды МИИРК), где на одном щите крупное центральное изображение Спаса Нерукотворного обрамляют с двух сторон в два ряда праздники.

028 В 1999 г. вывезен в фонды музея "Кижи. КИЖИ КП-4996.

029 Иконостасы "с заворотами" были в часовнях д.Леликозеро, Палтеге, Пургино. В качестве примера однорядного часовенного иконостаса в Заонежье назовем однорядный иконостас в часовне д.Бережной. Двухрядные иконостасы имелись в часовнях д.Истомино, д.Леликозеро, д.Селецкое. Своеобразный вариант двухрядного иконостаса представлен в Корбинской часовне.

030 Иконостасы в часовнях в д.Есино, д.Усть-Яндома.

031 Платонов В.Г. Иконостасы храмов ... С.128.

032 В местном ряду иконостаса Преображенской церкви представлены следующие иконы с клеймами: "Никола Чудотворец, с житием" (не позже 1714 г.), рама "Страсти Христовы" (не позже 1714 г.) к иконе "Преображение", рама "Явления Богородицы, чудотворные Богородичные образы" (около 1759 г.) к иконе "Покров", "Зосима и Савватий Соловецкие, с житием" (около 1759 г.), "Чудо Георгия о змие, с житием" (около 1759 г.), "Огненное восхождение Ильи, с житием" (около 1759 г.), рама "Деяния Троицы", к створцам "Ветхозаветная Троица" (около 1759 г.).

033 Подобно "небу" Волкостровской часовни праотцы присутствуют на "небесах" Устьяндомской и Леликозерской часовен, где также были невысокие иконостасы. Изображение праотцев в Устьяндомском и Волкостровском храме можно объяснить приверженностью всего Заонежья к иконописцам из мастерской "кондопожского мастера".

034 Кижи КП-3171/280

035 Петтерссон Л. Культовая архитектура Заонежья. - Хельсинки, 1950 / Изложение материала. Русский перевод. Библиотека музея "Кижи". Инв.253. с.162.

036 Там же.

037 Это же разнообразие узоров наблюдаем и на потолочных тяблах в главном храме Спасо-Кижского погоста Преображенской церкви.

038 См. воспроизведения часовенных интерьеров: Иконостас часовни в д.Селецкое, 1753 г. - Смирнова Э.С. Живопись Обонежья 14-16веков. - М, 1967 с.184; в фотоматериалах Л.Петтерссона (Кижи КП-3170,3171) и Г.Жаренкова (Кижи КП-13968-13987) зафиксирована тканевая утварь и осветительные приборы. В коллекции фото негативов Г.Жаренкова имеются воспроизведения 5 фрагментов часовенных интерьеров, среди которых наибольший интерес представляет интерьер Троицкой часовни в д. Селецкое. На фотографии помимо икон запечатлены аналой, свечной ящик и прочая утварь. (КП-13982/37в). Подобное убранство должно было быть популярным и вследствие влияния на жителей близлежащей округи Выговского староверческого общежительства. Архивные документы фиксируют огромное количество самых разнообразных пелен в выговских часовнях (см.: Фролова Г.И. Внутреннее убранство Выговской Богоявленской соборной часовни // Кижский вестник, 4 - Петрозаводск, 1998 с.143-154). В частных коллекциях, например в фотоархиве Ю.Сурхаско на иконостасных иконах есть убрусы, а среди предметов зафиксирован столик для свечей (вероятно, канун).