Внутреннее убранство церкви

Г.И.Фролова

ИЗ ИСТОРИИ ВНУТРЕННЕГО УБРАНСТВА КИЖСКОЙ ПОКРОВСКОЙ ЦЕРКВИ.
НИКОЛЬСКИЙ ИКОНОСТАС

Общепринятая датировка Кижского зимнего храма Покрова Пресвятой Богородицы — 1764 г., уже подвергалась сомнению в трудах сотрудников музея «Кижи» Б. А. Гущина и В. А. Гущиной, А. Т. Яскеляйнена [1]. Изучая интерьеры Кижских храмов, мы также пришли к выводу о том, что Покровская церковь была построена в последнем десятилетии 17 века. Наше заключение строится на изучении комплекса икон конца 17в., который в настоящий момент расположен в иконостасе кижской Покровской церкви.

Убранство Покровской церкви имеет интересную и загадочную историю, как и сам зимний храм.

Сегодня в зимнем храме Покрова Богородицы четырехрядный тябловый иконостас, который реконструирован А. В. Ополовниковым в 50-е годы 20 столетия, на основе схемы иконостаса, разработанной в 1948г. В. Г. Брюсовой (Светличной). Иконы для иконостаса были подобраны из «Кижской коллекции», составленной из заонежских икон, вывозившихся в годы оккупации в Финляндию. По мирному договору Финляндия возвратила в Петрозаводск более 2000 икон. Места для такого количества икон в разрушенном Петрозаводске не нашлось. Когда на острове Кижи началось создание музея – заповедника, значительная часть из них (около 900?) была перевезена на остров [2]. Впоследствии эта группа икон получила название «Кижская коллекция» по месту хранения. В коллекции были и иконы из Преображенской и Покровской церквей. Если преображенские иконы приглашенные специалисты В. Г. Светличная (Брюсова) и Н. И. Мнева выявили без затруднений, то относительно Покровских икон ясности не было. Вероятно, исследователей смущало наличие трехрядного иконостасного каркаса и отдельных икон в зимней церкви на момент музеефикации памятника. Отсутствие у специалистов сопроводительной документации, отправленной финнами вместе с иконами, затруднило выявление икон из Покровской церкви.

В 1948 г. В. Г. Брюсовой был разработан реставрационный проект иконостаса, который включал 4 ряда икон [3].

Верхние его ряды (пророческий, деисусный и праздничный) были составлены из достаточно крупного комплекса икон конца 17в. На схеме В. Г. Брюсовой иконы представлены так, как они расположены сегодня в иконостасе, с недостающими 3 образами в пророческом ярусе и 2 пустыми местами в деисусном чине [4]. Этот комплекс икон, по мнению В. Г. Брюсовой, происходил из заонежской церкви, размеры которой превышали размеры зимней кижской церкви. Но иконы сохранились не полностью, их было больше. Исследователь считала, что они написаны ярославскими мастерами и датировала их второй половиной 17 в.[5]

Местный ряд, по предложенному В. Г. Брюсовой проекту, включал 4 иконы, 2 алтарных врат и царские врата. Алтарные врата с изображением архидьяконов Стефана и Евпла, а также иконы «Отечество», «Тихвинская Богоматерь» и «Покров» были в последнем иконостасе Покровской церкви. Вновь вводимым был только один образ «Вседержитель». Царские врата предлагалось разместить в двух рядах: местном и праздничном. На схеме верхняя часть врат и сени раздвигали иконы праздничного ряда в правую и левую стороны.

Однако реконструированный иконостас отличается от схемы иконостаса, предлагавшейся В. Г. Брюсовой.

Из отчета А. В. Ополовникова следует, что первоначально предполагалась реконструкция трехярусного иконостаса (вероятно, по аналогии с имевшимся в церкви на тот период трехрярусным каркасным иконостасом), но поскольку в «кижской коллекции» был выявлен указанный комплекс — восстановили четырехрядный тябловый иконостас [6]. В дальнейшем мы выясним, что Божьим помыслом и стараниями В. Г. Брюсовой, иконостас почти полностью был составлен из икон, находившихся в церкви на протяжении всей известной нам истории храма.

При восстановлении иконостаса, несмотря на наличие проекта В. Г. Брюсовой, не удалось обойтись без погрешностей. В частности, было нарушено каноническое расположене святых в предстоянии (двух в деисусном чине и трех в пророческом ряду), установлены две деисусные иконы одной и той же иконографии, не была установлена храмовая икона (несмотря на наличие данного образа в схеме В. Г. Брюсовой), допущена «зажатость» царских врат, жестко втиснутых в высоту местного ряда, ограниченного сверху нижним тяблом. Все эти недостатки можно объяснить недостаточной компетентностью лиц, устанавливавших иконостас, и желанием создать красочную иллюзию цельного иконостасного ансамбля.

Долгое время исследователи пытались выяснить принадлежность икон конкретному храму [7] и каково же было удивление, когда из материалов финского исследователя Л. Петтерссона, вывозившего заонежские иконы в Финляндию, выяснилось, что эти иконы происходят из самой Покровской церкви. Перед вывозом икон из храмов Л. Петтерссон ставил на них цифровые метки. Первая цифра означала шифр храма (у Покровской церкви это № 3), вторая, поставленная через дробь, означала место иконы, которое заносилось на схему расположения икон в храме. При наличии схемы и шифров на иконах определить их принадлежность Покровской церкви было не сложно. По схеме Л. Петтерссона в первой половине 20 века большая часть икон была в иконостасе, остальные в алтаре.

Однако, это не разрешило загадку иконостаса Покровской церкви, в котором левосторонних образов больше, чем правосторонних. Чем может быть объяснена эта особенность? Для разъяснения этого вопроса рассмотрим возможные варианты происхождения икон. При этом будем помнить, что 13 пророческих, 13 деисусных икон и 8 праздников — единовременно написанный в одной мастерской иконостасный комплекс для четырехрядного иконостаса (это положение признается всеми специалистами).

Первый вариант — (предложенный В. Г. Брюсовой, он повторялся другими исследователями) — первоначально иконы принадлежали другому неизвестному храму больших размеров, нежели Покровская церковь. Их было больше, часть икон – (правосторонних) не сохранилась [8].

Второй вариант был конкретизацией первого. В. А. Гущина предложила версию о первоначальной принадлежности икон этого комплекса тябловому иконостасу кижской летней Преображенской церкви [9]. В основе предложения было наличие на обороте трех пророческих икон повторяющейся надписи: «ю/ж/наго». Интерпретация слова «южного» как «летнего» [храма] позволила исследователю связать происхождение икон с летней кижской Преображенской церковью.

Третий вариант — тябловый иконостас, в который входил данный комплекс икон, заходил на боковые стены, т. е. имел «завороты», на которых размещались несохранившиеся иконы.

Все предлагаемые варианты вполне реалистичны, но все они рассматривают иконостасный комплекс исходя из одной посылки — количества икон, и не затрагивают его состав.

Рассмотрим наиболее важные для нашего исследования пророческий и деисусный ряды этого комплекса икон.

В нашем комплексе, если выравнивать число икон по центру, с правой стороны не хватает 3 пророческих и 2 деисусных икон. Невольно возникает вопрос: каких же икон не хватает? Попробуем это выяснить на примере деисусного чина, имеющего наиболее жесткое иерархическое строение. Семь центральных икон в нашем чине написаны в соответствии с каноном: в центре — « Спас в силах», слева — «Богоматерь», справа — «Иоанн Предтеча», за ними, слева — « Архангел Михаил», справа — «Архангел Гавриил», за архангелами, слева — «Апостол Петр», справа — «Апостол Павел». Далее слева — изображения трех евангелистов Иоанна, Луки и Марка, справа — одного Матфея. На этом участке наблюдаем нарушение парности предстояния святых Спасителю. Но, это нарушение вовсе не означает, что у нас справа не хватает еще двух образов евангелистов, поскольку их всего четыре. И все они представлены в деисусном чине, только размещены с отклонением от нормы (3 — 1) и, подчеркиваем — исключительно в плане парности! За иконами евангелистов в нашем деисусном ряду слева расположены 3 иконы с изображениями святителей Иоанна Златоустого, Василия Великого и Григория Богослова, справа образы святителей отсутствуют. Русский православный деисусный чин кроме трех великих вселенских святителей включал святителя Николая Мирликийского (Николы Чудотворца), образ которого устанавливали напротив Григория Богослова. По правилам размещения получалось, что образ Василия Великого устанавливался напротив Иоанна Златоустого, а Григория Богослова – напротив Николая Чудотворца. В рассматриваемом иконостасном комплексе имеет место отступление от канона, связанное с отсутствие иконы «Никола Чудотворец», которая в данном случае по аналогии с размещением образов евангелистов (3 — 1) должна стоять справа.

Чем же может быть вызван отход от парного размещения чиновых икон при сохранении их канонического состава? Можно предположить, что это связано с особенностью расположения иконостаса. Вспомним повторяющуюся надпись «ю/ж/наго» на оборотах 3 пророческих икон этого комплекса — «Богоматерь Знамение», «Пророк Соломон» и «Пророк Захария». Если надпись рассматривать применительно только к пророческим иконам, то можно предположить, что иконостас имел «заворот» на южную стену. Но тогда возникает новый вопрос: какие иконы будут находиться на южном «завороте», если их нехватка ощущается даже на восточной стене? Тем более, что иконы «Богоматерь Знамение» и «Пророк Соломон» — это центральные образы пророческого ряда и в «завороте» иконостаса располагаться не могут, их место в центре ряда. Следовательно, вариант с размещением этих икон на южной стене отпадает.

Между тем именно слово «ю/ж/наго» является ключом к разгадке нашей головомки. Это слово означает принадлежность икон южному приделу! В частности, приделу Николы Чудотворца кижской Покровской церкви.

Никольский придел размещался в трапезной, его алтарь, находясь в кафоликоне Покровской церкви, примыкал к южной стене, т. е. располагался в южной части кафоликона — отсюда его наименование «южный». Реконструкция придела произведена А. Т. Яскеляйненым на основе хорошо сохранившихся врубок в стенах и в полу кафоликона и трапезной [10]. Место царских врат в иконостасе прослеживается по сохранившемуся в стене стояку. Место престола – по остаткам четырех ножек, врезанных в прямоугольные углубления пола. Воссоздадим на схеме расположение иконостасов в зимней Кижской церкви (рис.1). В Покровской церкви престол, царские врата и амвон размещаются вдоль центральной оси. В Никольском приделе центральная ось иконостаса смещена вправо, соответственно расположению алтаря и престола в нем. Царские врата и центральные образы «Спас в силах» и «Богоматерь Знамение» деисусного и пророческого рядов были ориентированы в нем по престолу.

Здесь уместно отметить, что на обороте иконы «Пророк Соломон» есть еще одна надпись, исполненная той же рукой: «се го/д/» («се» — под титлом, «д» — надстрочное). Мы прочитали ее как «1697 год» — год написания икон. «Се» под титлой в цифровом выражении означает «205», т. е. 7205 го/д/ и в переводе на современное летоисчисление равняется 1697 г. Эта дата логически связывается со строительством Покровской церкви после пожара 1693/4г. Впервые Никольский придел фиксируется в Переписной книге 1695/6 годов именно в связи со строительством после пожара нового зимнего храма [11]. Таким образом можно сделать вывод, что эти пророческие иконы происходят из южного Никольского придела Покровской церкви и датируются 1697 г. Поскольку эти иконы являются составной частью единого иконостасного комплекса, то данный вывод распространяется и на остальные его иконы.

Принадлежность рассматриваемых икон Никольскому приделу объясняет своеобразие расположения отдельных святых в иконостасном комплексе. Попытаемся реконструировать Никольский иконостас, вкомпоновав в него комплекс икон 1697 г., который включает 8 праздничных, 14 деисусных и 13 пророческих икон. Большая часть из них находится в настоящий момент в Покровском иконостасе, несколько икон хранятся в запасниках музея «Кижи» и КМИИ. При порядной расстановке икон будем исходить во-первых, из положения, что центр иконостаса соответствует местоутверждению престола, во-вторых, из длины восточной стены трапезной равной 760 см и, в-третьих, из фактических размеров икон.

Расположение Никольского алтаря у южной стены означает вытянутость иконостасной линии в левую (северную) сторону, за пределы алтарного объема, вдоль восточной стены трапезной, и, тем самым, помогает понять наличие большого количества левосторонних икон. Более того, это объясняет специфику изображения и размещения святых в деисусном ряду: 3 левосторонних святителей — Василия Великого, Иоанна Златоустого, Григория Богослова и 3 левосторонних евангелистов — Иоанна, Луки, Марка. Если следовать канону, то с правой стороны от центрального образа «Спас в силах» должно было быть 5 икон с изображениями Иоанна Предтечи, Архангела Гавриила, апостола Павла, евангелиста Матфея (эти 4 образа сохранились) и святителя Николая (не сохранился?). На схеме № 1[12] это будет выглядеть следующим образом:

Схема № 1. Деисусный ряд иконостаса Никольского придела Покровской церкви (кон. 17 века).

Общая длина восточной стены по замерам А. Т. Яскеляйнена 7,6 метра [13]. По нашей схеме в это пространство помещаются лишь иконы, имеющиеся в наличии. Следовательно, можно сделать вывод, что деисусная икона «Никола Чудотворец» либо размещалась в «завороте» на южной стене, либо ее изначально не было, если иконостас располагался только на восточной стене. Заметим, что сегодня это число икон помещается в пространстве восточной алтарной стены Покровского иконостаса, а ширина алтарной стены равна ширине восточной стены трапезной. Таким образом, деисусный чин мы можем реконструировать в двух вариантах — с четвертым святителем в лице Николая Мирликийского или без него.

В пророческом ряду справа в наличии образы пророков Соломона, Захарии и Самуила. Они так же, как и деисусные правосторонние иконы, полностью заполняют имеющееся пространство. В том случае, если иконостас имел «заворот» на южную стену, то над иконой «Никола Чудотворец» была икона с изображением неизвестного нам пророка. Конкретное наименование иконы установить затруднительно, так как в разных иконостасах их местоположение различно. Ниже приводится схема (№ 2) расположения пророческого ряда иконостаса Никольского придела. Отметим, что иконы с изображениями пророков полностью вписываются в современный иконостас Покровской церкви.

Схема № 2. Пророческий ряд иконостаса Никольского придела Покровской церкви (кон. 17 века).

Наибольшую трудность представляет реконструкция праздничного ряда. Мы имеем 8 икон, из них — 2 правосторонние. Все сохранившиеся иконы отражают двунадесятые праздники. Церковные описи 19 в. также фиксируют иконы с изображениями главных праздников. Можно предположить, что в праздничном ряду слева недостает 2 двунадесятых икон, справа – 3 (что можно наблюдать в современном покровском иконостасе). Но, все ли эти иконы были в наличии в Никольском иконостасе?

Установим иконы праздников во втором ряду иконостаса по аналогии с кижским преображенским иконостасом, поскольку церковные документы свидетельствуют о соблюдении нормативных требований расположения икон в иконостасах, принятых во второй половине 17 в.[14]. Центр праздничного ряда занимают Царские врата с сенью (высота – 44 см.), в левой части — большой проем, проход в кафоликон Покровской церкви. Относительная длина праздничного ряда [15], включая сень — не менее 628 см. Для определения ширины прохода из трапезной в кафоликон вычтем 628 см из общей длины восточной стены трапезной (760 см). Получается, что для прохода в кафоликон у нас остается 132 см. Два праздника «Рождество Богородицы» и «Введение во храм», как иконы тяготеющие по содержанию к левостороннему размещению, установим в левой части иконостасной стены, затем оставим место для прохода и дальше разместим остальные 6 икон (см. схему № 3). Попутно, хотелось бы отметить, явное предпочтение Богородичной тематики при выборе икон по сюжету, что естественно при посвящении храма Богородице [16].

Схема № 3. Праздничный ряд иконостаса Никольского придела Покровской церкви (кон. 17 века).

Таким образом, по нашей схеме получается, что от праздничного ряда Никольского иконостаса сохранились все иконы. Если учесть вариант с «заворотом» на южную стену, то, возможно, что в праздничном ряду могла располагаться еще одна икона, например, «Воздвижение Креста Господня», как икона с правосторонним сюжетом.

Зная состав верхних рядов, попробуем реконструировать местный ряд Никольского иконостаса. С большой долей вероятности можно предположить, что из местного ряда этого иконостаса сохранилась икона: Никола Чудотворец, с житием», Инв. N КМИИ — И –1, 16 в., которая в описи значится как «Никола Чудотворец». Ее принадлежность Покровской церкви, включая Никольский придел, в свое время была обоснована В. Г. Платоновым [17]. Спасенный от пожара образ Николы, по всей вероятности, был установлен в Никольском приделе. Остальные иконы, царские врата и алтарную дверь мы возьмем из церковных описей. По описи 1826г. и 1830г. иконостас имел одни пономарские врата и это естественно при малом пространстве в правой части придела. Царские врата по описи — гладкие, на красках. Эти же документы называют слева от царских врат образ Богоматери Одигитрии, справа икону «Отечество, со страстями», за Богородичной иконой — образ великомученика Димитрия, за Отечеством — Никола Чудотворец [18]. На схеме (№ 4) это будет выглядеть следующим образом:

Схема № 4. Местный ряд иконостаса Никольского придела Покровской церкви (кон. 17 века).

Для нас не важно, эти иконы были в начальном иконостасе или же другие. Нам важна компоновка нижнего ряда и его размеры, т. к. расположение Царских врат и прохода в Покровский кафоликон были жестко определены конструкцией Никольского придела.

Длина выстроенного иконостаса равняется ширине трапезной, которая по данным архитектора А. Т. Яскеляйнена 7,6 метра. Ширина Никольского алтаря, по его же данным, = 3,9 м.[19]. По нашим приблизительным вычислениям нижняя часть иконостаса, исходя из размеров икон местного ряда, приведенных в описи 1826 г., была немного более 5 метров. Затем следовал проход в Покровскую церковь, который у нас получился в пределах 130 — 135 см. Слева, поскольку имеются следы от клироса, должна быть часть стены, не менее 107 см. (по вычислениям праздничного ряда) и, вероятно, на ней также была икона.

Примерная высота местного ряда вычисляется по высоте царских врат, которая равна 186 см. Высота деисусного чина — по высоте иконы Спаса — 142 см. Высота праздничного ряда около 80 см. Высота пророческого — около 65 см. Верхний ряд Никольского иконостаса, по наблюдениям А. Т. Яскеляйнена, был установлен наклонно [20].

Определить общую, даже примерную высоту иконостаса можно весьма условно, так как мы не знаем толщину тябл, в которые ставились иконы, не знаем точных размеров большинства икон из этого комплекса, поскольку в какой то период они были частично опилены. По ширине и составу рассмотренный иконостасный комплекс 1697г. прекрасно вписывается в пространство восточной стены трапезной Покровской церкви, однако по высоте этот иконостас не мог бы вместиться в современный объем трапезной. По нашему мнению в начальный период трапезная была выше, и лишь вследствие неоднократных ремонтов, включая полную переборку церкви [21], ее размеры изменились. И как следствие произошло изменение размеров Никольского иконостаса, в поздних документах он значится как трехрядный [22].

Благодаря реконструкции А. Т. Яскеляйненом Никольского придела в трапезной зимней церкви мы смогли в свою очередь реконструировать начальный вариант иконостасной стены этого придела (см. схемы 5, 6). Поздний Никольский иконостас и содержание алтаря известны по описям 19 в.

Схема № 5. Возможное размещение икон в Никольском иконостасе Покровской церкви с заворотом на южную стену (кон. 17 в.)

Схема № 6. Возможное размещение икон в Никольском иконостасе Покровской церкви без заворота на южную стену (кон. 17 в.)

Источник информации - kizhi.karelia.ru/library/vestnik-6/269.html


Сноски

[1] Гущин Б. А., Гущина В. А. Новое об истории памятников Кижского архитектурного ансамбля // Вспомогательные исторические дисциплины. Л,1978. т. 9. С.347 – 351; Яскеляйнен А.Т. Новый взгляд на историю церкви Покрова Богородицы Кижского погоста // Народное зодчество. Петрозаводск, 1999. С.123 – 138; Салтуп Г. Погибшая «вершина» или когда построены Кижи? / НА музея «Кижи». См. также статью В.А.Гущиной в настоящем сборнике.

[2] Отчет о деятельности Управления по делам архитектуры при С.М. К-ФССР за 1945 - 1946 гг. НА РК ф. 2916. Оп. 1.д.1/7. л.54,61.

[3] Светличная В.Г.(Брюсова) Список произведений живописи древней Карелии. Петрозаводск, 1948 / НА музея «Кижи». НРФ-34.

[4] В 1999г. пустые места заполнены иконами - вновь написанными зеркальными копиями с имеющихся «свободных» икон комплекса.

[5]Брюсова В.Г. Древняя живопись Карелии// Кижский погост: Путеводитель. Петрозаводск ,1957. С. 28-37.

[6] Ополовников А. В. Отчет о реставрации памятников деревянного зодчества - Преображенской и Покровской церквей и колокольни на Кижском погосте - М - Петрозаводск, 1957 / НА музея «Кижи».

[7] Брюсова В. Г. Древняя живопись Карелии…; Смирнова Э. С. По берегам Онежского озера. Л., 1969; Гурвич И. М. Древняя живопись Карелии: Каталог. Фонды музея «Кижи». Петрозаводск, 1981.; Гущина В. А. Из истории одного памятника народного деревянного зодчества музея - заповедника «Кижи»: Преображенская церковь (К вопросу о воссоздании первоначального интерьера). Петрозаводск, 1982 / НА музея «Кижи».

[8] Брюсова В. Г. Древняя живопись Карелии…; Гурвич И. М. Указ. соч.;

[9] Гущина В. А. Указ. соч.

[10] Яскеляйнен А.Т. Указ соч. С.132.

[11] Сведения по: Яскеляйнен А. Т. Указ. соч. С.123-124.

[12] Иконы в схемах, как и сами схемы, изображены без учета масштаба.

[13] Яскеляйнен А. Т. Указ. соч. С. 132.

[14] Фролова Г. И. К вопросу о мастерах Кижских иконостасных комплексов // Рябининские чтения, 1999. В печати.

[15] К сожалению, поля икон с торцов и боков опилены, где частично, где полностью.

[16] Из «двунадесятых» праздников отсутствуют только Господские: " Рождество Христово" и " Преображение", "Вознесение", "Сошествие Святого Духа на апостолов", "Воздвижение Креста".

[17] Платонов В. Г. Храмы Кижского погоста и их убранство в 16 и 17 столетиях (Сообщение на Перцевских чтениях, 1993 г.) / НА музея «Кижи", л. 4.

[18] НА РК. Ф.699. оп. 1. д.1/5 л. 26 - 27.

[19] Яскеляйнен А. Т. Указ. соч. С. 132

[20] Там же .с.133

[21] Там же. с.136.

[22] НА РК. Ф. 699. оп. 1. д.1/5. л. 26 - 29.