Церковь и начальная школа

Н.А.Кукушкина

РОЛЬ ЦЕРКВИ В СОЗДАНИИ СИСТЕМЫ НАЧАЛЬНЫХ ШКОЛ В ОЛОНЕЦКОЙ ГУБЕРНИИ В КОНЦЕ XIX – НАЧАЛЕ XX ВЕКА

Изучение истории общеобразовательной школы в России началось в конце XIX века. Земские либеральные деятели анализировали участие земских организаций в деле совершенствования начального народного образования, деятельность же церкви в развитии системы школ рассматривалась ими как консервативная и реакционная, направляемая правительством с целью давления на земство [1]. В литературе по истории народного образования советского периода преобладало негативное отношение к участию церкви в деле просвещения народа [2]. Такой подход привел к отказу исследователей от конкретного изучения школ, создаваемых духовным ведомством. В последнее время, в связи с изменениями, происходящими в обществе, возникает необходимость объективного изучения истории церкви. Появляются работы, признающие положительную роль церковных деятелей в области народного образования. Повышается интерес к истории церковных организаций конкретных регионов, в том числе Олонецкой губернии [3].

Олонецкий край не оставался в стороне от решения задач по развитию системы начального образования. О создании системы начальных школ в губернии дают представление материалы, содержащиеся в фондах Олонецкой духовной консистории (Ф.25) и Олонецкого епархиального училищного совета (Ф.42) Национального архива Республики Карелия (НА РК), а так же статьи из журнала «Олонецкие епархиальные ведомости», работы земских и церковных деятелей, статистические отчеты Олонецкого земства и Олонецкого епархиального училищного совета. Анализ источников позволяет проследить деятельность духовного ведомства в развитии начального образования в крае, определить роль церкви в создании системы школ, ее участие в решении вопросов по введению в Олонецкой губернии всеобщего обучения в конце XIX – начале XX века.

Традиционно церковь была основным организатором начальных школ для крестьянства. Как правило, школы создавались приходскими священниками при церквях, а так же при монастырях и архиерейских домах. В Олонецкой губернии систематическое открытие приходских училищ началось в 1830 — 40-е годы в связи с созданием в 1828 году Олонецкой епархии. Школы могли открываться каждым причтом по его просьбе беспрепятственно. Программа обучения включала в себя чтение по часослову и псалтири, чистописание, начатки христианского учения, но могла варьироваться в различных школах. Срок обучения составлял один год. Все заботы по содержанию школ и преподавание в них лежали на местном священнике.

С введением в 1867 году земских учреждений в системе начального образования Олонецкой губернии произошли серьезные изменения. Начали создаваться земские школы. Одну из основных задач своей деятельности земства видели в улучшении положения дел в области народного образования. По сравнению с училищами других ведомств, земские школы стояли выше по уровню материального обеспечения и преподавания. Под управление и на содержание земства были переданы наиболее бедные министерские и приходские начальные училища. В результате этого число приходских училищ начало сокращаться, уступая место новым земским школам. К моменту создания первых земских школ в 1868 году положение народного образования в Олонецкой губернии выглядело следующим образом: всего в крае насчитывалось 223 начальных школы, из числа сельских училищ земство получило 21,6 % неблагополучных в материальном отношении школ, духовное ведомство имело 78,4 %. Одна школа действовала на площади в 503,68 кв. версты. По отношению к числу жителей обоего пола одно сельское училище приходилось на 1299 жителей. В среднем, в одной школе обучалось около 15 мальчиков и 3 девочек, всего – 18 человек [4].

После того как во второй половине 70-х годов XIX века земства развернули более активную деятельность в области народного образования, соотношение различных типов школ начало меняться, и к началу 80-х годов XIX века в количественном отношении преобладали уже земские училища. В 1881 году в губернии насчитывалось 147 земских школ, принадлежащих земским учреждениям, 40 создаваемых духовенством приходских школ, 15 городских и 24 образцовых школы, которые содержались за счет казны и с участием земства [5]. Большая часть школ была открыта исключительно на земские ассигнования. Земства начинают играть ведущую роль в деле народного образования.

Положение в губернии, как и в целом по стране, изменилось после выхода в 1884 году «Правил о церковно-приходских школах». Усиление политической реакции в стране отразилось и на положении начальных народных школ. Правительство акцентирует внимание на решении задач религиозно-нравственного воспитания. На первый план выдвигается церковь как наиболее традиционный институт, способствующий укреплению патриархальных и религиозных начал в народе. Церковные училища становятся основным типом школ для крестьянства, что приводит к некоторому увеличению правительственных ассигнований на приходские школы.

С середины 80-х годов XIX века в Олонецком крае наблюдается быстрый рост числа церковно-приходских школ. Однако в тоже время не прекращается и рост численности земских училищ. По сведениям земства, в 1891 году земских школ насчитывалось в губернии 149, а церковно-приходских-97. Численное превосходство церковно-приходских школ над земскими было достигнуто только к середине 90-х годов XIX века. В 1896 году в губернии существовало 182 земских и 236 церковно-приходских школ [6].

Постепенно расширялась система школ, подотчетных церковному ведомству. В 1891 году в ведение и на содержание Святейшего Синода были переведены школы грамоты, традиционно создававшиеся по инициативе и на средства крестьян. Для обучения своих детей грамоте крестьянский сход приглашал на должность учителя грамотных людей, как правило, не имевших официального права на преподавание. С середины 90-х годов XIX века для подготовки учителей школ грамоты в губернии начинают открываться второклассные церковно-приходские школы: в 1897 году — Вытегорская, Мошинская в Каргопольском уезде и Юргильская в Олонецком уезде, в 1901 году — Мятусовская второклассная школа в Лодейнопольском уезде и в 1904 году – Селецкая второклассная церковно-приходская школа в Повенецком уезде. Все второклассные школы были мужские и насчитывали в 1904 году, по данным епархиального наблюдателя церковных школ, 310 учеников [7]. Во второклассные церковно-приходские школы могли поступать лица всех сословий православного вероисповедания не моложе двенадцати с половиной лет. Желающие принимались в школы только после прохождения курса одноклассной школы [8]. Окончившие курс второклассной школы могли преподавать в школах грамоты, а так же, при желании, могли продолжать обучение в учительских семинариях, поступать на частную или церковную службу и т. д.[9]. В целом, церковные школы начинают играть активную роль не только в распространении грамотности, но и в подготовке учительских кадров для начальных училищ.

Таким образом, в конце XIX века в Олонецкой губернии, как и по всей России, существовала сложная разветвленная сеть начальных народных школ для крестьянства. Типы школ различались по принадлежности тому или иному ведомству, финансировавшему их: земские школы, школы Министерства народного просвещения и школы, подчиненные Духовному ведомству. Последние включали в себя школы грамоты, одноклассные и двухклассные церковно-приходские школы и второклассные церковно-приходские школы. Они различались по срокам обучения и по количеству преподаваемых предметов.

Одновременно с расширением сети церковных школ к концу XIX века устанавливается более четкая система управления школами духовного ведомства. С 1892 года контроль за церковно-приходскими школами берет на себя организованное в том же году Александро-Свирское православно-церковное братство. С 1895 года церковные школы перешли под управление специально созданного Епархиального училищного совета. В этом же году была учреждена должность епархиального наблюдателя, в обязанности которого входил контроль и управление всеми церковными школами епархии. В уездах были введены должности уездных наблюдателей церковных школ. В 1896 году функции Епархиальных училищных советов и епархиальных наблюдателей были четко определены и разграничены.

Непосредственное заведование церковно-приходскими школами было обязанностью приходских священников, которые одновременно являлись преподавателями Закона Божия в начальных училищах всех типов. Как заведующие церковных школ, приходские священники должны были руководить и наблюдать за правильной постановкой учебно-воспитательного дела в школе, заботиться о хозяйственной стороне жизни школы и изыскивать местные средства на школьные нужды. На заведующих школами лежала обязанность ведения отчетности и переписки с надлежащими лицами и учреждениями по делам школы, забота об открытии в приходе новых школ, повторительных классов и воскресных школ. Более того, заведующий обязан был помогать учителю во всех случаях где это окажется нужным [10]. Таким образом, можно говорить, что развитие школы или ее неудачи были, во многом, следствием деятельности заведующего, его инициативы и заинтересованности в школьном деле.

В первое время существования церковно-приходских школ священники нередко исполняли обязанности учителей, не получая почти никакого вознаграждения за свой труд. В рапорте благочинного второго благочиннического округа Петрозаводского уезда священника Петра Громова в Духовную консисторию сообщается, например, что в 1889 году «в церковно-приходских школах состояли учителями до половины учебного года местные священники, жалование за обучение не получали» [11]. По сведениям духовного ведомства, в 1887—1888 учебном году из 102 преподавателей церковно-приходских школ обязанности учителя и законоучителя совмещали 34 священника (33,3 %) [12]. К концу XIX века положение изменилось. В 1896-1897 учебном году из 155 учителей церковно-приходских школ члены причта составляли только 11 человек (7,1 %) [13]. Однако, обязанностью священника оставалось открытие и устройство церковно-приходских школ, заведование ими и преподавание Закона Божия. Ведущее положение священника в школе обусловливалось еще и тем, что на него, как духовного пастыря прихожан, возлагалось наблюдение за нравственным воспитанием учащихся.

Создание системы начальных школ было сопряжено со многими трудностями. Несмотря на то, что по сравнению с училищами других ведомств, земские школы стояли выше по уровню материального обеспечения и преподавания, земские организации и церковь сталкивались с одними и теми же проблемами. Они касались, прежде всего, материального обеспечения школ, подготовки учительских кадров и повышения квалификации учителей, общедоступности школы для всех детей губернии, включая карельское и вепсское население.

В Олонецкой губернии, в сравнении с рядом других губерний, наблюдалась более активная деятельность земских организаций в распространении грамотности среди населения, более серьезный подход епархиального начальства к делу просвещения народа и, следовательно, более тесные связи земства и церкви. В конце XIX – начале XX века взаимодействие между земством и духовным ведомством определяло весь ход развития системы народного образования в крае. Тесное сотрудничество двух ведомств происходило, в основном, в области материального обеспечения школ, в деле разработки и реализации плана всеобщего обучения в губернии.

Согласно «Правилам» 1884 года церковные школы должны были открываться приходскими священниками на местные средства приходов или с пособиями от различных обществ и частных лиц, от казны. В отчетах Олонецкого епархиального училищного совета о состоянии церковно-приходских школ приводится общий перечень источников содержания церковных школ епархии. Основным источником финансирования церковно-приходских школ были земские учреждения, за ними стояли пособия от крестьян и от Святейшего Синода, на последнем месте по размерам находились пособия от казны, а так же средства от частных пожертвований и местных монастырей [14]. Таким образом, несмотря на некоторую финансовую помощь в устройстве церковных школ от высшего духовного ведомства и от казны, основную часть средств эти школы получали из местных источников.

Ассигнования земства были единственным постоянным источником финансирования школ. Церковными деятелями отмечалось, что «земские собрания очень внимательно относились ко всем ходатайствам, заявленным уездными отделениями и наблюдателями, и обыкновенно удовлетворяли их, как вызванные действительною серьезной нуждою дела» [15]. К тому же сумма земских пособий с каждым годом все более возрастала. Если в 1900 году общая сумма земского пособия составила 24535 рублей 20 копеек [16], то в 1906 году земства ассигновали на развитие церковных школ уже 33978 рублей [17].

Существующие пособия на образование и развитие церковно-приходских школ не могли покрыть всех необходимых расходов. Материальное положение церковных школ в целом было очень скудным. Помещения для школ, как правило, обеспечивало местное духовенство. Чаще всего школы открывались в церковных домах, в домах священнои церковнослужителей, в помещениях, нанимаемых благотворителями или церковью, в зданиях бывших министерских или земских училищ, в крестьянских домах. Со временем, по мере развития сети церковно-приходских школ и увеличения денежных ассигнований менялись и условия существования школ. Во многих приходах появилась возможность построить собственные дома для школ или нанять помещение, удобное для проведения учебных занятий. Из отчетов Олонецкого епархиального училищного совета видно, что уже в 1895-1896 учебном году в собственных домах священников располагалось 29 церковно-приходских школ, в наемных домах – 64, в церковных домах – 23, в церковных сторожках – 1 и в казенных домах – 1, из которых 102 школы были более или менее удобны и только 16 – неудобны [18]. К 1900 году из 297 церковных школ губернии 274 располагались в собственных помещениях [19].

Ассигнования на открытие новых школ и строительство зданий под школы поступали, в основном, от частных благотворителей, сельских обществ, от училищных советов и земств. Показательной в этом смысле является история Гарьской церковно-приходской школы Надпорожского прихода Каргопольского уезда. Летом 1893 года крестьяне трех деревень Гари, Шелохова и Неклюдова, находящихся в семи верстах от погоста и земской школы, приговором просили каргопольское уездное собрание открыть в Гари школу грамоты. Крестьяне пожертвовали для квартиры мебель и плату за квартиру на год. Каргопольское уездное земское собрание отпустило 50 рублей ежегодно в жалование учителю. В 1894 году была открыта школа грамоты. В следующем 1895 году плату за квартиру дало Каргопольское отделение Александро-Свирского братства. В это время в школе обучалось уже тридцать детей. Осенью 1895 года крестьяне вновь приговором просили Каргопольское отделение Епархиального училищного совета принять на себя устройство собственного здания для школы, а они, со своей стороны, обязались предоставить на школьное здание по два бревна с души, т. к. за все время существования школа помещалась в летних избах. Каргопольское отделение испросило разрешение Епархиального училищного совета и первого июля 1896 года преобразовало Гарьскую школу грамоты в церковно-приходскую. А в 1899 году на средства Епархиального училищного совета было устроено новое здание для школы [20].

Снабжение церковно-приходских школ учебными пособиями и школьными принадлежностями входило в обязанности Епархиального училищного совета. Однако, на первых порах оно не было достаточным и постоянным. Классные принадлежности чаще всего приобретались на средства местных священников, на пожертвования крестьян и благотворителей, земских учреждений. Часто поддержку в открытии церковно-приходских школ и предоставлении денежной и материальной помощи оказывали уездные отделения Александро-Свирского братства [21]. Нередко члены Советов отделений братства производили экзамены в конце учебного года, проводили ревизии в школах.

Тип церковно-приходской школы рассматривался правительством как наиболее дешевый, предназначенный для основной массы крестьянства. Скудость финансового снабжения отражалась на материальном положении школ. Отсутствие необходимых учебных пособий и литературы приводило к снижению качества обучения детей и уменьшению возможности в полной мере реализовать программу начального школьного обучения.

Положение изменяется в конце XIX – начале XX века. Правительство начинает обращать все большее внимание на развитие сети и улучшение деятельности церковно-приходских школ в России. В это время увеличивается и финансирование церковных школ в Олонецкой губернии. В связи с этим церковно-приходские школы края, следуя примеру земства, начинают обращать внимание на качество преподавания, материальное обеспечение школ, увеличение сети церковно-приходских школ в губернии.

Заметную роль в улучшении положения церковных школ края в конце XIX – начале XX века сыграла деятельность епархиального наблюдателя церковных школ священника Николая Кирилловича Чукова, ставшего впоследствии митрополитом

Ленинградским и Новгородским Григорием [22]. В период нахождения Н. К. Чукова на посту епархиального наблюдателя церковно-приходских школ Олонецкой губернии, развитие церковных школ испытало особый подъем. По инициативе епархиального наблюдателя происходил сбор сведений о состоянии церковно-приходских школ в каждом приходе. Составленные отчеты наблюдатель посылал во все школы епархии, чтобы заведующие школами и учителя могли ознакомиться с достижениями и недостатками учебного процесса и принять их к сведению. Более того, Н. К. Чуков разработал ряд мер, направленных на общее повышение уровня церковно-школьного дела в губернии. Предполагалось дать конкретные рекомендации заведующим школами по устранению имеющихся недостатков, выработать общую для всех школ программу, расписание уроков, продолжительность годичных занятий, а также разработать единую форму отчетности в учебном и хозяйственном отношении.

Одну из первоочередных задач епархиальный наблюдатель видел в привлечении к работе квалифицированных учителей, в улучшении снабжения школ учебниками и методической литературой, повышении жалования учителей. А главное, «нужно было принять меры наиболее быстрые и энергичные, чтобы поскорее поставить церковные школы по крайней мере в уровень с земскими, уже порядочно приподнятыми тогда энергичной работой Д. П. Мартынова (директор народных училищ)…» [23].

Для решения поставленных задач по инициативе Н. К. Чукова в Петрозаводске были открыты краткосрочные курсы для учителей церковных школ Олонецкой епархии [24]. Вскоре было повышено жалование учителям [25]. Стараниями епархиального наблюдателя в губернии начали открываться второклассные школы, увеличивалось число одноклассных и двухклассных церковно-приходских школ, был увеличен курс обучения до трех лет в церковно-приходских школах и до двух лет — в школах грамоты, улучшены программы. Активное участие Н. К. Чуков принял в совместной деятельности духовного ведомства и земства по распространению грамотности среди всего населения губернии.

В 1895 году Олонецкое губернское земское собрание, по предложению директора народных училищ Д. П. Мартынова, вынесло на обсуждение вопрос о введении в губернии всеобщего начального обучения. На основе собранного уездными земствами материала был разработан «План всеобщего обучения». Намечалось открыть 90 новых земских училищ, 26 школ грамоты, 6 церковно-приходских школ и при некоторых училищах ночлежные приюты [26]. В 1898 году, учитывая поступление все большего числа ходатайств об открытии новых школ и приютов, губернским земством был выработан «Дополнительный план всеобщего обучения». В это же время был рассмотрен вопрос о взаимодействии земства с духовным ведомством для решения поставленной задачи. Решено было открывать в сравнительно крупных пунктах земские школы, в мелких – церковно-приходские, в наиболее отдаленных поселках – школы грамоты. На сессии губернского земского собрания 1898 года при обсуждении доклада управы о выдаче пособия церковно-приходским школам и школам грамоты директор народных училищ Д. П. Мартынов указал на то, что «при стремлении губернского земства к осуществлению всеобщего обучения в губернии школы грамоты могут принести несомненную пользу в таком только случае, если при открытии их духовное ведомство будет строго придерживаться общего плана, выработанного губернским земством; поэтому, для успеха открытия новых школ грамоты в губернии желательно бы составить определенный план для их открытия» [27]. Составление «Плана» было поручено Епархиальному училищному совету совместно с Дирекцией народных училищ.

Вместо общего дополнительного плана на сессию губернского собрания был вынесен составленный епархиальным наблюдателем церковных школ Н. К. Чуковым «План всеобщего обучения» с объяснительной запиской к нему [28]. Этот план был составлен по распоряжению Святейшего Синода и, в связи с этим, отличался некоторой односторонностью, указывая только необходимые к открытию церковно-приходские школы и школы грамоты – всего 223 училища. Признавая это, Н. К. Чуков писал в Олонецкий епархиальный училищный совет, что, т. к. «план составлен без участия Дирекции, на основании лишь заявлений приходских священников, однако проверенных о. о. уездными наблюдателями, то мною поручено последним обратиться к г. г. инспекторам народных училищ с просьбою дать свои заключения относительно дополнительного «Плана» по каждому уезду» [29]. Однако, принимая во внимание, что «План» подробно указывает те местности, где является необходимость открытия школ, губернское земство постановило разослать его на рассмотрение в уездные собрания.

Утверждение «Плана всеобщего обучения» затянулось до начала XX века. Признавая необходимой общую цель – распространение грамотности среди населения – духовное ведомство и земство расходились во мнениях по поводу практической реализации «Плана». Земство требовало от Епархиального училищного совета при открытии церковно-приходских школ и школ грамоты согласовывать это с «Планом всеобщего обучения».

В связи с возникновением трений между земством и духовенством по вопросу открытия школ и преобладания школ того или другого типа, была подвергнута сомнению необходимость финансирования церковно-приходских школ земствами. В 1901 году Олонецкое уездное земство выдвинуло ходатайство о прекращении выдачи пособия церковным школам со стороны губернского земства. В 1902 году Олонецкое земское собрание заявило, что «на церковные школы нужно смотреть как на помощь, оказываемую земству в деле школьного образования другим ведомством. Земства пользуются этой школой пока ощущают в этом нужду. Когда земство окажется в состоянии расширить сеть своих школ, оно сможет обойтись без помощи церковных школ». В связи с этим нет необходимости увеличивать сумму пособия на церковно-приходские школы [30]. В результате состоявшейся полемики между уездными земствами было вынесено решение продолжать выдачу пособия на церковные школы до окончательного рассмотрения «Плана всеобщего обучения» съездом инспекторов народных училищ. Некоторые земские деятели с недоверием относились к церковно-приходским школам, указывая на более низкую постановку в ней учебного дела. Они отмечали при этом, что «церковная школа следует за земской, но не по пятам, а в отдалении» [31]. Несмотря на это, в пользу церковных школ, как играющих важную роль в деле достижения всеобщей грамотности, высказались представители Петрозаводского, Лодейнопольского и Повенецкого земств, а также председатель Губернского земского собрания В. В. Эрин.

Таким образом, составление «Плана всеобщего обучения» было трудным и проходило в сложной обстановке. В 1904 году была создана комиссия по составлению нового «Плана», в которую вошли представители земства и духовного ведомства. Термин «всеобщее обучение» было принято рассматривать не как введение обязательного обучения для всех детей школьного возраста, а как «открытие училищ в тех местах и в таком количестве, чтобы была возможность беспрепятственно пользоваться школою всем желающим, т. е. общедоступность школы для населения» [32]. По новому «Плану» были установлены пункты, где была наибольшая необходимость открытия школы. Тип же школы должен был определяться по согласованию ведомств. Окончательно «План» в губернии был выработан к 1906 году.

С 1905 года правительство выступает с широкой инициативой помощи земствам на всеобщее обучение. Министерство народного просвещения направляет законопроект о всеобщем обучении в Государственную Думу. С этого времени начинается новый этап борьбы за развитие начального народного образования в стране.

Таким образом, в конце XIX – начале XX века, по инициативе Олонецкого земства, начинается активная деятельность по введению в губернии всеобщего обучения. Наряду с земством этот вопрос решало и духовное ведомство. Несмотря на некоторые трения в процессе разработки «Плана всеобщего обучения», эта работа принесла ощутимые результаты. В это время в губернии наблюдается резкое увеличение количества начальных школ различных типов. По сведениям Олонецкого губернского земства, с 1895 по 1905 год число земских школ увеличилось со 135 до 246, число церковно-приходских школ – со 116 до 210, школ грамоты – с 55 до 116, число школ Министерства народного просвещения – с 45 до 54. Общее количество школ увеличилось в 1,8 раза – с 351 школы в 1895 году до 636 – в 1905 году [33]. Доля начальных школ, подотчетных духовному ведомству, составила в 1905 году 51,2 % от всех начальных училищ губернии.

В это же время происходят глубокие позитивные сдвиги во внутреннем строе церковных школ губернии. Во многом благодаря активной деятельности епархиального наблюдателя Н. К. Чукова и стремлению догнать в своем развитии земские школы, улучшается материальное состояние и обеспечение церковно-приходских школ, ведется работа по повышению квалификации учителей и уровня образования в школах.

Таким образом, на основе анализа источников можно сделать вывод о положительной роли церкви в развитии начального народного образования в Олонецкой губернии в конце XIX – начале XX века. В это время церковно-приходские школы занимают одно из основных мест в структуре начального образования в крае. Расширяется система школ, подотчетных духовному ведомству, складывается структура управления этими школами.

Определяющую роль в развитии начального образования в Олонецкой губернии в конце XIX – начале XX века играло взаимодействие церковных и земских учреждений. Это привело к активной работе земства и духовенства по введению всеобщего обучения в крае.

Опираясь на опыт земской школы, Олонецкий епархиальный училищный совет начинает решать вопросы по поднятию уровня обучения в школах. Наряду с общеобразовательными целями одной из главных задач церковно-приходской школы оставалось нравственное воспитание учащихся. Основываясь на примерах Священного Писания священник – преподаватель Закона Божия – помогал детям усваивать нравственные христианские нормы жизни.

Несмотря на многие трудности церковно-приходские школы в своем развитии не стояли на месте. Под влиянием земства школы духовного ведомства включались в решение проблем, стоявших перед народным образованием

Сноски


[1] Фальборк Г. Чарнолуский В. Неродное образование в России. СПб., 1899.; Чехов Н.В. Народное образование в России с 60-х годов XIX века. М., 1912.

[2] Константинов П.Н. Струминский В.И. Очерки по истории начального образования в России. М., 1953.; Смирнов В.З. Очерки по истории прогрессивной русской педагогики XIX века. М., 1963.; Кучепатов Н.Г. Школа в дореволюционной Карелии. Петрозаводск, 1956.

[3] Афанасьева А.И. Сельская церковно-приходская школа на Европейском Севере России в конце XIX-начале XX в.(по материалам Олонецкой губернии).// Россия в новое время. Образованное меньшинство и крестьянский мир: поиск диалога. Материалы межвузовской научной конференции 21-22 апреля 1995 г. М., 1995. С.51-52.; Она же. Сельская интеллигенция Олонецкого края во второй половине XIX-начале XX веков.// Рябининские чтения,95. Петрозаводск, 1997. С.286-290.; Сорокин В. Митрополит Ленинградский и Новгородский Григорий (Чуков) и его церковно-просветительская деятельность.// Церковный вестник Петербургской епархии. М., 1986. №28. С.96-141, №29. С.127-181.

[4] Савельев В.В. Статистические материалы по народному образованию в Олонецкой губернии (1866-1896). Петрозаводск,1898. С.3-5.

[5] Там же. С.3.

[6] Савельев В.В. Указ. соч. С.3.

[7] Отчет олонецкого епархиального наблюдателя о состоянии церковных школ Олонецкой епархии в учебно-воспитательном отношении за 1905-1906 г. Петрозаводск, 1907. С.18.

[8] От Совета Вытегорской второклассной школы. // Олонецкие епархиальные ведомости (далее ОЕВ). 1903. №15. С.533.

[9] Чуков Н.К. Начало учебного года во второклассных школах епархии. // ОЕВ. 1904. №19. С.589.

[10] Руководственные указания заведующим церковных школ и учащим Олонецкой епархии. // ОЕВ. 1899. №6. С.7.

[11] НАРК, Ф.25, оп.1, д.69/46, л.34.

[12] Отчет о состоянии церковно-приходских школ Олонецкой епархии за 1887-1888 г. Петрозаводск, 1889. С.13.

[13] Отчет о состоянии церковно-приходских школ Олонецкой епархии за 1896-1897 г. Петрозаводск, 1898. С.45.

[14] Отчет о состоянии церковно-приходских школ Олонецкой епархии за 1886-1887г. Петрозаводск, 1898. С.4.

[15] Пособия уездных земств Олонецкой губернии церковным школам на 1903 г. // ОЕВ. 1902. №21. С.706-707.

[16] Надежин А. Церковно-школьные вопросы на Олонецком губернском земском собрании. // ОЕВ. 1899. №4. С.23.

[17] Леонтьев Т.В. Обзор деятельности Олонецкого губернского земства по народному образованию с 1867 по 1909 г. // Вестник Олонецкого губернского земства (далее ВОГЗ). 1910. №21. С.5.

[18] Отчет о состоянии церковно-приходских школ Олонецкой епархии за 1896-1897 г. С.54.

[19] Отчет о состоянии церковно-приходских школ Олонецкой епархии за 1900-1901 г. Петрозаводск, 1902. С.60.

[20] Освящение здания Гарьской церковно-приходской школы. // ОЕВ. 1899. №5. С.35.

[21] НАРК, Ф.25,оп.1, д.74/10, л.28.; НАРК, Ф.25, оп.1, д.75/3, л.18.

[22] Сорокин В. Указ. соч. Профессор Ленинградской Духовной Академии протоирей В.Сорокин дает полное описание жизни и церковно-просветительской деятельности митрополита Григория, основанное на его воспоминаниях. Уроженец Петрозаводска Н.К.Чуков получил образование в Олонецкой духовной семинарии, а затем, в С.-Петербургской Духовной Академии. Как раз в то время, когда Н.К.Чуков учился на четвертом курсе Духовной Академии, в Петрозаводске решался вопрос об открытии в епархии должности наблюдателя церковно-приходских школ. Интерес и любовь к педагогике Н.К.Чукова были известны епархиальному начальству, выдвинувшему его кандидатом на новую должность. На посту наблюдателя церковных школ Олонецкой епархии Н.К.Чуков находился с 1895 по 1911 год. В 1911 году он был назначен ректором Олонецкой Духовной семинарии В 1918 году в числе нескольких преподавателей учебных заведений Петрозаводска Н.К.Чуков был арестован и выслан за пределы Олонецкой губернии. Переехав в Петроград, Н.К.Чуков стал настоятелем Казанского собора, а затем, с 1920 по 1923 год занимал пост ректора созданного при его участии Богословского института, был инициатором создания в Ленинграде Богословских курсов, которые просуществовали с 1925 по 1928 год. Впоследствии протоирей Н.К.Чуков был пострижен в монашество и с 1942 года находился в сане Саратовского епископа, а затем Псковского архиепископа. В январе 1945 года Преосвященный Григорий (Н.К.Чуков) становится митрополитом Ленинградским и Новгородским. Скончался митрополит Григорий в 1955 году в Ленинграде.

[23] Сорокин В. Указ. соч. // Церковный вестник Петербургской епархии. М., 1986. №29. С 133.

[24] Открытие краткосрочных педагогических курсов. // ОЕВ. 1903. №14. С.501.

[25] Из жизни церковных школ. // ОЕВ. 1902. №13-14. С.585.

[26] Леонтьев Т.В. Указ. соч. // ВОГЗ. 1910. №2. С.6.

[27] Леонтьев Т.В. Указ. соч. // ВОГЗ. 1910. №3. С.7.

[28] НАРК, Ф.42, оп.2, д.8/204.

[29] НАРК, Ф.42, оп.2, д.8/204, л.47.

[30] Леонтьев Т.В. Указ. соч. // ВОГЗ. 1910. №11. С.11.

[31] Еремеев К.С. Земская и церковная школа в Олонецком крае (письмо из провинции). // Русская мысль. Кн.10. 1903. С.113.

[32] Леонтьев Т.В. Указ. соч. // ВОГЗ. 1910. №6. С.8.

[33] Школьная статистика. Очерк о состоянии народного образования в Олонецкой губернии в 1912 г. Вып.1. Петрозаводск, 1913. С.5.