Эта статья - публикация из Казначеевских чтений, Новосибирск, конец 2009 года.Сборник докладов участников международной научно-практической конференции. На наш сайт UKOHA.ru статья передана Бабенко В.М.,

Институт социальной работы, социологии и психологии 

Институт ресурсов человека и социального здоровья населения России

Международная Славянская академия наук, образования, искусств и культуры (Западно-Сибирское отделение)

Институт Человека

Российский государственный социальный университет

Новосибирская региональная организация Всероссийского музыкального общества

Казначеевские чтения 3, 2009


С именем Св. Великомученика и Победоносца Георгия

К 240-й годовщине ордена Святого Великомученика и Победоносца Георгия – высшего военного ордена России

Ю.А. Фабрика

Святой Георгий на Руси издавна считался покровителем воинов, землепашцев и всей земли русской. Изображение воина на белом коне, пронзающего копьем змия можно увидеть на великокняжеских печатях, знаменах дружин, шлемах и щитах воинов. Оно издревле украшает герб Москвы, ведь Святой Георгий со времен Дмитрия Донского считается покровителем города.

В 1036 году Ярослав Мудрый основал в Киеве монастырь Святого Георгия и ввел празднование Дня Святого Георгия 26 ноября, когда, по преданию, святым был усмирен змий.

Георгий был воином в римской армии, отличился во многих боях и походах, был подвергнут за свою стойкость в христианской вере неслыханным мучениям. За свою Веру каждый раз воскресал он по воле Божьей, и одним из первых был причислен к лику святых.

Идея создания военного ордена имени Святого Георгия принадлежала Петру Великому, но учрежден он был 27 ноября (9 декабря по н.ст.) 1769 года, в царствование Екатерины II. С этого времени в России появился орден, которым награждали за боевые заслуги. Заслужить его стало высшей честью для офицеров и генералов.

С 1807 г. для нижних чинов существовал Знак Отличия Военного ордена Святого Георгия – знаменитый солдатский Георгиевский крест.

С гордостью носили на своих мундирах эту высокую награду герои Измаила и Бородино, Севастополя и Порт-Артура, герои Первой мировой. Георгиевскими кавалерами были Иван Тюленев, Василий Чапаев, Георгий Жуков, Константин Рокоссовский, Родион Малиновский, Семен Буденный.

Этой высокой награды удостоены были и ряд полковых священников, героев-пастырей, подвижников Святой веры, мучеников священного долга.

Архивные исследования указывают на восемнадцать таких славных имен: за всю историю Русской Армии и Флота, за всю историю высшей военной награды России мы впервые называем этих героев, примером мужества и гласом веры и утешения поддерживавших в войске беззаветное самоотвержение, непоколебимую храбрость и надежду на помощь Божию. И полковые священники, понимая важность такого воодушевления, брали на себя эту святую обязанность. «На поле битвы они всегда были достойными пастырями беззаветного храброго христолюбивого воинства, безропотно переносили тягости походной жизни, бестрепетно ходили со своими частями на штурмы, безбоязненно напутствовали больных и умирающих под неприятельскими выстрелами, терпели раны, заключение в плену и самую смерть».

Первым высшей военной награды России – офицерского креста четвертой степени – был удостоен священник 19-го Егерского пехотного полка о. Василий Васильковский, герой 1812 года. Во время кровавого боя с французами под Витебском 15 июля 1812 года шел со Святым крестом вперед, осеняя им воинов, вселяя в их сердца дух особенной неустрашимости. Благословляя однополчан в самом жарком огне, здесь же, на поле битвы, исповедовал и причащал Святыми Тайнами тяжелораненых и умирающих воинов. Был ранен осколком ядра, но оставался на поле боя. Вражеская пуля, попав в Святой крест, бывший в руках у батюшки, причиняет ему сильнейшую контузию, но и тогда остается он на поле сражения.

В сражении под Малым Ярославцем 31 октября 1812 года о. Василий впереди полка с крестом в руках своим примером мужества поощрял солдат поражать врагов и умирать бесстрашно за Веру и Государя, причем был ранен пулею в голову. 26 марта 1813 года пастырю был пожалован орден Святого Великомученика и Победоносца Георгия 4-й степени.

Вследствие тяжелых ран и контузии доблестный пастырь не вынес трудностей далекого похода и скончался во Франции 24 ноября 1813 года.

Вторым Георгиевским кавалером стал священник Тобольского пехотного полка о. Иов Каминский. При штурме г. Рахова во время войны с Турцией в 1829 г. о. Иов при переправе через р. Дунай на неприятельский берег, благословив воинов, в полном облачении, переправился с ними на лодке, с боем взял неприятельскую батарею, причем был тяжело ранен пулею в голову, с повреждением челюстей и языка. Государь Император пожаловал герою орден Святого Георгия 4-йстепени, пожизненный пансион ежегодно по пятьсот рублей и повелел Св. Синоду определить его к Петергофской Дворцовой церкви.

Протоиерей Могилевского полка о. Иоанн Пятибоков – третий Георгиевский кавалер. Он прославился на поле брани как герой кровопролитного штурма турецких батарей на Дунае в 1854 году. В тяжелейшем бою, когда войска наши, потеряв многих командиров, дрогнули и смешались, о. Иоанн, возложив на себя епитрахиль и взяв в руки Святой крест, выступил вперед солдат, осенил крестом христолюбивых воинов и громко сказал: «С нами Бог, ребята, и да расточатся враги его… Родимые, не посрамим себя! Сослужим службу во славу святой церкви, в честь Государя и на утешение нашей Матушки России! Ура!!!» и первым устремился на врагов. Воодушевленные примером своего духовного отца, солдаты дружным натиском вступили в бой… А о. Иоанн одним из первых взошел на стены укрепления, причем получил две контузии в грудь: от Св. креста была отбита пулею левая сторона, и бывшая на о. Иоанне епитрахиль разорвана картечью. Геройский штурм турецких укреплений кончился полной победой над врагом.

Император Николай Павлович причислил героя к ордену Св. Георгия Победоносца 4-й степени.

Четвертым кавалером ордена Св. Георгия Победоносца был иеромонах Иоанникий Савинов, служивший в 45 Флотском экипаже и участвовавший в Крымской кампании. Отважный подвиг совершен им в 1855 году в ночь с 10 на 11 марта. В самый решительный момент боя, когда наши были бы подавлены неприятелем, раздалось величественное пение молитвы за Царя: «Спаси, Господи, люди Твоя и благослови достояние Твое, победы Благоверному Императору нашему на сопротивные даруй», и в рядах сражавшихся войск увидели о. Иоанникия Савинова, который в епитрахили, с поднятым крестом, торжественно, несмотря на царившую вокруг смерть, пел могучим голосом церковную песнь. Вдохновленные пастырем, русские воины выбили французов из второй и третьей линий траншей. Видя успех борьбы, о. Иоанникий обратил все свое внимание на раненых страдающих воинов, своих и неприятельских: одним подавал помощь на месте, других отправлял на перевязочный пункт; от тяжелой контузии потерял сознание…

О самоотверженном подвиге иеромонаха Иоанникия было донесено Императору Алексаендру II, который и удостоил его ордена Св. Георгия 4-й степени.

Военное духовенство подавало примеры моральной стойкости и мужества и во время Русско-японской войны 1904–1905 гг.

В документах той поры нет даже малейшего упоминания о малодушии священнослужителей на полях Маньчжурии, сопках Порт-Артура, в Цусимском сражении.

Священник 11-го Восточно-Сибирского стрелкового полка о. Стефан Щербаковский был удостоен ордена Св. Георгия 4-й степени «за доблестный подвиг мужества и неустрашимости, совершенный в Тюренченском бою 18 апреля 1904 г. с японцами». После того, как были убиты все командиры, с крестом, в рясе поднял в атаку остатки полка, которые отбили сопку и дали возможность выйти из окружения. Несколько раз раненый, он не покинул поля сражения и был взят в плен. Впоследствии, японцы, узнавшие о его подвиге, с почестями вернули о. Стефана на родину. В этом тяжелейшем бою рядом с полковым батюшкой до конца оставался унтер-офицер, церковник полковой церкви Перч, перевязывавший раны священника. Командующий армией генерал-адъютант Куропаткин наградил Перча 100 рублями и представил его к солдатскому Георгию 4-степени.

Отличился о. Стефан Щербаковский, имевший за Русско-японскую войну ордена Св. Великомученика и Победоносца Георгия 4-й ст., Св. Владимира 4-й ст. с мечами, Св. Анны 2-й ст. с мечами, золотой наперсный крест на Георгиевской ленте, и в Первой мировой войне 1914–1918 гг. За бои 30 июля у д. Ваббельн и 6 августа 1914 г. При д. Каушен был удостоен ордена Св. Владимира 3-й ст. с мечами и за бои 24 сентября представлен к ордену Св. Анны 1-й ст.

Многие военные священники, сражавшиеся в Маньчжурской армии (в ее составе отличился 4-й Сибирский армейский корпус, сформированный в Сибирском военном округе), были удостоены боевых орденов, а шесть из них были представлены к золотому наградному кресту на Георгиевской ленте. Награжденные пользовались такими же преимуществами, как офицеры – георгиевские кавалеры.

Если накануне Первой мировой войны в ведомстве Протопресвитера состояло 730 священников, то за время войны их пребывало в армии свыше 5000 человек.

История сохранила свидетельства о том, что они разделили со своей паствой все трудности армейской жизни, вместе с солдатами жили в окопах, шли в бой, горели и тонули в русских боевых кораблях.

Генерал А.А. Брусилов, один из замечательных русских полководцев, вспоминая о неудачах русской армии в 1915 г., писал: «В тех жутких контратаках среди солдатских гимнастерок мелькали черные фигуры – полковые батюшки, подоткнув рясы, в грубых сапогах шли с воинами, ободряя робких простым евангельским словом и поведением... Они навсегда остались там, на полях Галиции, не разлучившись с паствой».

За время с начала войны и до 1 апреля 1915 г. Православные священнослужители получили: 4 ордена Св. Георгия Победоносца, 1 панагию на Георгиевской ленте, 12 золотых наперсных крестов на Георгиевской ленте из Кабинета Его Императорского Величества, 5 орденов Св. Владимира 3-й ст. с мечами, 9 орденов Св. Владимира 4-й ст. с мечами, 39 орденов Св. Анны 2-й ст. с мечами и 52 орден Св. Анны 3-й ст.с мечами. Все эти награды, т.е. наперсный крест на Георгиевской ленте и ордена с мечами, давались, как известно, за особые боевые отличия.

За время Великой войны 1914–1918 гг. за проявленный героизм около 2500 священников были отмечены государственными наградами, в том числе было вручено (по неполным данным) 227 золотых наперсных крестов на Георгиевской ленте, 85 орденов Св. Владимира 3-й степени с мечами, 203 ордена Св. Владимира 4-й степени, 304 ордена Св. Анны 3-й степени с мечами.

Если за все время существования ордена Св. Георгия от императрицы Екатерины II до Первой мировой были удостоены этой высочайшей военной награды 5 священников, то за время войны еще 13. Один священник был удостоен солдатского Георгия 4-й степени.

Назовем же эти славные имена.

16 октября 1914 года геройски погиб священник линейного заградителя «Прут», иеромонах Бугульминского монастыря, 70-летний Антоний (Смирнов). Когда «Прут» во время боя начал погружаться в воду, о. Антоний стоял на палубе и осенял Святым Крестом свою паству, в волнах боровшуюся со смертью. Ему предлагали сесть в шлюпку, но он, чтобы не отнять место у ближнего, отказался. После этого он спустился внутрь корабля и, надев ризу, вышел на палубу со Св. Крестом и Евангелием в руках и еще раз благословил своих духовных чад, осенив их Св. Крестом. А затем вновь опустился внутрь корабля. Скоро судно скрылось под водой...

1 марта 1915 года благочинный 7-го Финляндского стрелкового полка о. Сергей Соколовский был ранен ружейной пулей в бедро. Узнав о геройском поведении о. Соколовского в бою, Протопресвитер на рапорте написал: «… горжусь чудной работой о. Соколовского…».

За свой подвиг он был представлен командиром 7-го Финляндского полка к ордену Св. Георгия 4-й степени.

Вторую половину войны протоиерей о. Сергей Соколовский вместе со своим полком воевал на французском фронте, прозванный французами за свою храбрость «легендарным священником», где был дважды ранен, во второй раз с потерею кисти правой руки. О его подвиге, совершенном в 1916 году, и за который он был удостоен ордена Почетного Легиона и Военного Креста Франции, свидетельствует архивный документ, который мы приводим полностью.

«Главный Штаб. – 18 декабря 1916.

В Духовное управление при Протопресвитере Военного и Морского Духовенства.

Главный Штаб препровождает, для сведения, копию телеграммы ген. Палицына за № 725 о подвиге протоиерея Соколовского на французском фронте.

Шифрованная телеграмма.

5 декабря сводная рота 6 полка произвела нападение на германскую позицию для захвата пленных. Рота исполнила порученное дело, потеряв убитыми 5 человек, в том числе прапорщика Новикова и ранеными 21, в том числе 3-х офицеров и протоиерея Соколовского, Георгиевского кавалера, раненого в руку и в бок с повреждением легкого. Во французском дивизионном госпитале вследствие большой потери крови отцу Соколовскому понадобилось перелить постороннюю кровь. Свои услуги предложил французский санитар Матирин Потье.

После этой операции батюшка пришел в сознание. Получив донесение, я предложил генералу Марушевскому за самоотверженный поступок Потье возложить на него от имени Его Величества Георгиевский крест 4-й степени. Французское правительство украсило отца Соколовского Почетным Легионом и военным крестом. Состояние батюшки безнадежное, офицеров благоприятное.

Шантильи. Палицын».

9-й драгунский Казанский полк должен был двинуться в атаку на австрийцев. Раздалась команда командира полка, но полк не двинулся с места. Жуткая минута! Вдруг вылетел на своей лошаденке скромный и застенчивый полковой священник о. Василий Шпичек и с криком: «За мной, ребята!» понесся вперед. За ним бросилось несколько офицеров, а за ними весть полк. Атак была чрезвычайно стремительной; противник бежал. Полк одержал победу. И о. Василий был награжден Георгием 4-й степени.

Отец иеромонах Амвросий исполнял пастырские обязанности в 3-м Гренадерском Перновском полку. Когда утомленные продолжительным боем перновцы дрогнули, предстал перед ними воин Христов отец Амвросий с горячим пастырским словом, с Св. Крестом, являя собой пример истинной храбрости. Воодушевленные своим пастырем, перновские гренадеры в решительную минуту ударили в штыки, чем окончательно опрокинули противника с большими для него потерями. Отец Амвросий с крестом шел во время атаки и погиб 24 июня 1915 года. Самоотверженная и геройская смерть иеромонаха, представленного к ордену Св. Георгия 4-й степени, глубоко запала в сердце каждого перновского гренадера...

К лету 1915 г. орденом Св. Георгия 4-й степени были пожалованы священник 5-го Финляндского полка Михаил Семенов, исполняющий пастырские обязанности в 209-м пехотном Богородском полку иеромонах Филофей, а также иеромонах о. Евтихий Тулупов, полковой священник, погибший в бою 9 июля 1915 г., за совершенный им геройский подвиг в бою под д. Можейканы.

В январе 1916 г. к ордену был представлен священник 42-й артиллерийской бригады о. Виктор Кашубский за выдающееся исполнение им пастырских обязанностей, затем был отмечен высокой наградой священник 217-го Ковровского полка о. Владимир Праницкий.

«За военные отличия и выдающиеся геройское исполнение пастырских обязанностей» ордена удостаивается протоиерей 6-го Финляндского стрелкового полка Андрей Богословский.

7 ноября 1916 г. К ордену Св. Георгия 4-й степени причислен протоиерей 154-го пехотного Дербентского полка Павел Смирнов за то, что после двух неудачных, под командой военных чинов, атак повел с крестом в руках, батальон названного полка на штурм сильнейшего турецкого укрепления у селения Тарходжа, каковое укрепление после этого штурма и было взято, а о. Смирнов был тяжело ранен.

Сопричислен к ордену священник 439-го пехотного Илецкого полка Михаил Дудицкий за то, что в боях с 10-го по 12-е января 1917 г. у стыка Ронских дорог до реки Аа, 10 января под сильным артиллерийским огнем противника, когда полк понес большие потери, как в нижних чинах, так и в офицерском составе, по собственному желанию обошел нашу позицию, ободряя и воодушевляя людей, и когда 6-я рота, высланная из резерва на поддержку, потеряв при своем движении всех офицеров, рассеялась по лесу, под сильнейшим огнем собрал всю роту и лично отвел ее в передовые окопы, оказав этим помощь боевой части, на которую наседал неприятель; 12 января, когда выяснилось, что необходимо выслать последний резерв, повел полуроту 438-го пехотного Охтенского полка под сильнейшим огнем противника, довел ее до передовых цепей, влил ее в цепи и перешел в контратаку, отбросил наседавших во много раз превосходивших по численности немцев, после чего передал командование прибывшему офицеру, сам во время атаки был ранен разорвавшимся артиллерийским снарядом. Своими действиями выручил свои части от грозившей опасности.

31 августа 1917 г. причислен к ордену Святого Великомученика и Победоносца Георгия 4-й степени убитый в бою с неприятелем священник Черноярского пехотного полка Александр Тарноуцкий за то, что в бою 19 октября 1916 г. в районе д. Юльяновки, когда окопы среднего участка Черноярского пехотного полка за выбытием большей части офицеров, были заняты противником, собрал остатки отошедших рот и с крестом в руках, под сильным ружейным и пулеметным огнем, повел их в атаку, но сам пал смертельно раненым; воодушевленные его примером самоотверженные роты, после упорной штыковой схватки выбили противника и восстановили прежнее положение.

Наконец, в годы Первой мировой войны полковой священник 245-го Бердянского полка о. Василий Островидов был награжден солдатским Георгиевским крестом.

Протопресвитер Г. Шавельский писал:

«В Великую войну военное духовенство… работало дружно, согласно, по самой широкой программе. Священники делили с воинами все тяжести и опасности войны, возбуждали их дух, своим участием согревали уставшие души, будили совесть, предохраняли наших воинов от столь возможного на войне ожесточения и озверения».

Затем Г. Шавельский писал:

«О деятельности военного духовенства на театре военных действий я имел счастье слышать блестящие отзывы от обоих Верховных Главнокомандующих. В конце 1916 года Государь как-то сказал мне:

– От всех, приезжающих ко мне с фронта военных начальников я слышу самые лучшие отзывы о работе военных священников в рядах армии.

Еще решительнее, в присутствии чинов своего штаба, отозвался в 1915 году великий князь Николай Николаевич:

– Мы в ноги должны поклониться военному духовенству за его великолепную работу в армии.

Я дважды слышал от него эти слова.

Такие отзывы были вполне заслужены духовенством».

После октябрьского переворота, когда были отменены все прежние звания, чины, мундиры, у Георгиевских наград была особая судьба. Приказом Главковерха Н. Крыленко от 30 ноября 1917 года отдельным приказом разрешалось ношение Георгиевских наград – крестов, медалей и орденов как знаков личного мужества. «Солдатский Егорий» украсил грудь сотен тысяч простых русских мужиков и превратил этот воинский орден в самую почитаемую награду в народе.

Георгиевские традиции выстояли и после 1917 года.

Возрождение георгиевской традиции, как и много другого из золотого фонда русской воинской славы, приходится на годы Великой Отечественной войны.

Когда в страшных боях с фашистами под Москвой родилась советская гвардия, то для гвардейских лент и знамен, для орденов Славы не сыскалось ничего лучше черно-оранжевого муара – прямой «цитаты» с лент знаменитого Георгиевского креста и Георгиевского знамени, существовавших в русской армии как знаки особого отличия за воинскую доблесть.

Очевидна общность ордена Славы с солдатским Георгием – те же степени, даваемые последовательно, та же оранжево-черная лента… И самое главное – статус, во многом напоминающий и повторяющий статус старинного знака отличия военного ордена Св. Георгия. Орден Славы давался за личные подвиги солдатам и сержантам – за спасение на поле боя командира, за спасение знамени, за уничтожение танка, за храбрость в рукопашном бою… Орден Славы задумывался как именно солдатский орден, призванный напомнить награждаемым о воинском прошлом их Родины, вызвать гордость тех, кто удостоился его. Так и произошло. Этот орден стал самым почетным из солдатских наград.

На черно-оранжевой Георгиевской ленте носят ветераны медаль «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.». Георгиевские ленты украшают бескозырки моряков с гвардейских боевых кораблей.

Уже в наши дни в наградную систему России вернулись славные награды Отечества – орден святого Георгия и Георгиевский крест. В 1995 году в Положении о государственных наградах Российской Федерации определялось, что «в системе государственных наград сохраняются Военный орден святого Георгия и знак отличия – Георгиевский крест, военные ордена Суворова, Ушакова, Кутузова, Александра Невского, Нахимова». В наградную систему России вошли славные воинские награды, высокий авторитет которых подтвержден в боях за свободу и независимость Отечества. И первое место среди них по праву занимает орден святого Георгия.

Георгиевские кавалеры – подлинные патриоты Отечества, носители боевой славы Российской армии и флота. На протяжении столетий они были в числе первых, кто отстаивал его свободу и независимость, своими ратными подвигами умножая его крепости и могущество. Их боевые дела незабываемы и достойны подражания.